фандом недели

лучший эпизод

Лучшие игроки

администраторы

правила фак занятые роли акции устройство мира черный список (NEW!)

KINGSCROSS

Объявление

Рейтинг форумов Forum-top.ru

ИТОГИ НЕДЕЛИ!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » KINGSCROSS » Внутрифандом » To know that for destruction ice Is also great and would suffice.


To know that for destruction ice Is also great and would suffice.

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

http://images6.fanpop.com/image/photos/36900000/Elsa-elsa-the-snow-queen-36916303-245-130.gifhttps://66.media.tumblr.com/781d48dfa5c1892db3f57edbccc0be84/tumblr_oagzyklBEb1st0dt8o9_r1_250.gif
- - - - - - - - - - - - -- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -

МЕСТО И ВРЕМЯ: Эренделл, XIII век нашей эры.;

УЧАСТНИКИ: Olaf & Elsa;

О П И С А Н И Е
Они - единственные из выживших помнят времена воцарения действующего монарха. Давно умерла Анна, Кристофф, Свен - все, кого они когда-то знали и любили. Их окружают новые люди, новые порядки, но они всё помнят и боятся забыть.
Олаф видит, что с Эльзой в последнее время что-то не так. Будучи её лучшим другом и советником, он всё чаще встречает запертые для него королевские покои; всё чаще Эльза закрывает от него бумаги; всё чаще он слышит приказы о новых казнях.
Его долг - узнать, что творится с королевой Эренделла, но Олаф не знает, что и сам рискует попасть в ряды изменников.

[SGN]

Во мне живет буря. Я слышу её шёпот, выплетающий колдовскую колыбельную из ветра, мрака и холода.
Пусть, пусть все живое уснет или погибнет, говорит она мне.
Смерть – это часть жизни. Зима – сборщица долгов, что были взяты жарким летом. Всему свое время.
Так пусть же, пусть свирепствует ураган!

https://66.media.tumblr.com/cbe4d63fe88f71493d7535be17613425/tumblr_ob9dq2QUtH1v9n39oo7_250.gif

[/SGN]

Отредактировано Caitlin Snow (2017-11-21 10:38:45)

+1

2

Вам когда-нибудь приходилось задумываться о жизни снеговиков? Когда-нибудь в ваших мыслях проскакивали вопросы вроде: спят ли они? Чем питаются? Как проводят свой досуг? Сомневаюсь, что кого-то в принципе это могло заинтересовать – ну стоит себе, слепленный из снега, пусть и дальше стоит, пока дети, играя, не разрушат – верно? Ну, а если ему все же повезет, и дети его не тронут, то по весне он превратится в лужицу – грязную некрасивую лужицу, до которой уж точно нет дела…
Ну а если представить – просто представить, буквально на секунду! – что снеговик… живой! Да-да, подобного не бывает, но есть один необычный, сотворенный магией королевы Эренделла. Этот малыш любил жаркие объятья, грезил о лете и воевал с одним своенравным оленем за собственный нос – ох уж этот вечно голодный Свен! По крайней мере, так было первое время, когда королева Эльза была довольно юна, и задорная Анна с почему-то грустным (Олафу – тому самому снеговику, о котором и идет речь – этот парень казался именно таким!) не-оленем Кристоффом оказывала своей сестре помощь в управлении государством, поддерживая и помогая тем, чем только могла. Те годы своей жизни Олаф вспоминал как самые радостные – прогулки под солнцем, сбор ромашек и пение песен. Ну разве что-то может быть лучше?
Однако все изменилось спустя года, когда ни Анны, ни Кристоффа, ни даже Свена не осталось в живых, и с каждым десятилетием Эренделл становился все мрачнее и мрачнее…
***
- Пирожок, Шашлычок! Вы где? – Тихонько бродя по коридорам замка в поисках своих младших «братиков», Олаф заглядывал под каждый коврик, звал в каждую дверь, заглядывал за каждый угол. Но эти два маленьких шустрых снеговичка, обожающих пакостить, куда-то запропастились, и уж можно было быть уверенным – ничего хорошего ждать не стоит. Особенно, если они попадутся на глаза Королеве.
Последнее время Она все чаще отправляла Олафа на ночь в другие покои, запирая от него свои апартаменты на ключ. Снеговик искренне не понимал, что и когда он сделал не так, где разозлил, чем обидел свою подругу и создательницу? Человека, которого мечтавший о семье Олаф смело мог назвать матерью? Не единожды за последние десять лет Эльза отправляла снеговика во второй замок, сотворенный той же магией, что сделала Олафа, в котором до сих пор жила Зефирка, ставшая слишком уж агрессивной – как трудно было прятаться от её вечного гнева по всему замку! Иногда он мог видеть – с горы открывался великолепный вид на королевство – как в город въезжали кареты, запряженные породистыми лошадьми, из которых выходили явно не простые крестьяне. Все вопросы обеспокоенного Олафа о том, кем были эти люди, Эльза пресекала – существа, сотворенного из снега и веток, дела королевства не касались, как считали новые советники королевы.
Все чаще Олаф видел захлапывающиеся перед его морковьим носом двери, все чаще стража едва ли не пинками – грубияны! – выпроваживала снеговика из коридора, ведущего в покои его подруги. Постепенно он перестал иметь какое-либо отношение к политике, хотя раньше был верным и преданным – таким он и остался – советником королевы. Все чаще, пытаясь достучаться до Эльзы, он понимал, что бился в непробиваемую холодную стену.
Вот и в этот раз, отправленный спать в другие, находящиеся в другом конце замка, покои Олаф решил пустить к себе маленьких братиков – снеговичков, созданных чихами Эльзы. Эти малыши были неуправляемы, но он их любил, а с годами, когда рядом не осталось никого из его прежней семьи (за исключением матери-создательницы, разумеется) всю любовь, которую привык выплескивать на Анну, Свена и даже Кристоффа, снеговик уделял лишь маленьким братьям. Первое время – десятки лет назад – они вместе устраивали шалости, веселили Эльзу забавными шутками и ситуациями, в которые попадали, но с годами королева все прохладнее реагировала на выходки своих подопечных, а со временем и вовсе запретила малышам появляться в замке. Поэтому Олаф и распереживался, когда во время игры в догонялки малыши забежали за угол и бесследно исчезли. Он уже знал, сразу догадался, в какую сторону они убежали, но до последнего надеялся, что покои Эльзы Шашлычок и Пирожок обойдут стороной.
Морковка, как оказалось, отличная отмычка! Пара простых движений, и любая дверь больше не помеха для вас. Как только дверь в апартаменты королевы раскрылась, Олаф, легко вставив морковку обратно – не ходить же ему без носа! – вошел внутрь, осторожно оглядываясь в поисках братиков. На тихий зов они не отозвались, поэтому Олаф, тяжело вздохнув – Кристофф бы пошутил, что он носится с Шашлычком и Пирожком как молодой папаша – принялся рыскать под кроватью, заглядывать в ящики стола, проверять подоконник в поисках малышей.
Но при этом он не заметил, что королева тоже отсутствовала в своих покоях.

[SGN]

Lets love and dream

http://funkyimg.com/i/2wkUU.gif

[/SGN][AVA]http://funkyimg.com/i/2wkUB.gif[/AVA] [NIC]Olaf[/NIC]

+1

3

- Мы считаем, что.., - один из её новых советников, навязанный людьми, которые всё ещё имели хоть какое-то влияние на королеву, запнулся, осознавая, что взял на себя слишком много. Никто не умеет указывать монарху, каким бы он не был. Советовать, мягко направлять, но не более. Ни один человек, сколько бы миролюбивым и лояльным он не был, не позволит подобного обращения к себе, особенно, если его отравляет власть не первый год, а за плечами - опыт, превышающий возраст всех этих советников. Правда, после самоуверенность и абсолютное незнание Эльзы как королевы и человека, взяло вверх, поэтому речь снова полилась бурным потоком, которой королева не уделяла ни толика своего внимания.

Она услышала всё, что должна была.

- Вы считаете? - Холодно переспросила она, лишь слегка повернув голову к человеку, который добрый пять минут распинался перед ней и не планировал заканчивать наполнять холодный зал пустыми словами. От такого неожиданного вмешательства он подавился воздухом и раскашлялся, резко краснея и напоминая перезрелый томат. Толи от возмущения, то ли от стыда, то ли от нехватки кислорода в лёгких. - Я вынуждена с вами не согласиться, - просто заявила королева, несмотря на молчаливые попытки её переубедить жестами. Уходила она из зала всё ещё под возмущённое кашлянье и тихое перешёптывание, которое не слышала.

К счастью тех, кто имел храбрость шептаться.

Эльза давно запретила свободу слова, которую - по глупости, не иначе - когда-то поощряла. Когда-то Анна могла ворваться к сестре и начать её шутливо отчитывать за какой-то из законов, что пытаются предложить её министры. Когда-то обычный человек мог остановить королеву за пределами дворца и о чем-то попросить. И это не считая аудиенций и письменных просьб, которые падали на королеву ежедневно - люди слишком соскучились по виду монарха и теперь пытались убедиться, что дворец действительно открыт, что королева действительно красива и могущественна. Позже Эльза стала восприниматься как данность, королевские дела стали рутиной, но её друзья продолжали влиять на королеву.

Пока не начали умирать от старости, как и положено всем смертным.
Увы, Эльза не была из их числа.

Она и не заметила, как осталась одна, не считая тех, кого она сама создала. Без Анны Эльза начала меняться, чахнуть, отсылала Олафа,  мало общалась с потомками Анны, боясь пускать кого-либо в своё сердце. Кого-то такого хрупкого и смертного, как обычный человек. Что до Олафа и его собратьев, то королева Эренделла просто не желала казаться слабой. Она не желала ностальгических разговоров о былом, в которые ударялся Олаф, не хотела видеть Зефирку, что одним своим видом напоминал об Анне. Эльза не желала грустить, и пошла самым простым путём - закрыла все воспоминания, живя дальше в полном одиночестве, хотя замок всё ещё был наполнен людьми. Она и не замечала, как они начинали разъезжаться по своим домам, приезжала в её дворец лишь по необходимости. Она продолжала править королевством. но делала это отстранено, по наитию, а не уходя в дела с головой, как ранее.

Потом умерло второе поколение её советников, и на их место пришли новаторы. Люди, грезившее прогрессом, в который совсем не списывается столетняя королева, с нежеланием что-то менять в своём королевстве. Она долгое время пытались склонить её к своим идеалам, рассказывали про изобретения, некоторые даже показывали, покупая в других королевствах. Эльза по всему скользила равнодушным взглядом, принимая крайне редкие новинки. Страна жаждала изменений, которых её правительница не желала - не удивительно, что её советники нашли более подходящую кандидатуру на трон. Такого же пылкого, юного и... глупого. Пусть он и был потомком Анны и имел рыжие кудри - Эльза лишила его жизни, как и всех тех, кто радел за перемены. Её новый совет - это люди старой закалки, но даже они слишком современные для той, что живёт сотни лет.

Если подумать, из прошлого осталась лишь она и Олаф. Зефирка оставался глуповатым напоминанием о прошлых ошибках, маленькие братья Олафа были схожи со щенятами и не имели того разума, которым обладал Олаф. Эльза могла бы найти покой в обществе старого друга, но вместо этого начала сторониться и его. Это старого бунта не утихало, то, что о нём не было официально объявлено, лишь усугубляло все. Народ видел внезапные казни и не мог найти причину. Эльза же продолжала искать изменников, видя убийцу в каждом встречном. Она теперь запирала покои, спала очень чутко и требовала, чтобы её крыло на ночь оставалось абсолютно безлюдным. Снежные ловушки украшали спальню, обещая мучительную смерть любому, что явится сюда.

Она даже стала подозревать Олафа, который, как ей казалось, тоже изменился в последнее время. Стал более нелюдимым, большую часть времени проводил в ледяном замке с Зефиркой и остальными снеговиками. А появляясь в замке Эльзы, задавал слишком много вопросов. Королева старалась не думать плохо о старом друге, но паранойя, разыгравшаяся после бунта, требовала выхода, и выплескивалась на всех и каждого.

Сегодня ей начало казаться, что она не так уж и неправа.

Покинул своих советников, королева направилась к себе, встретив по дороге не больше десяти людей. Слишком мало для этого замка, но слишком много, по мнению самой Эльзы. Выращенная в одиночестве, она снова возвращалась к нему, и жаждала его куда больше, чем в детстве. Хорошо, что в её крыле было привычно тихо и пусто.

В её покоях кто-то был. Эльза почувствовала это по лёгкому ветерку, что сигнализировало о том, что одна из ловушек сработала. С громко бьющимся сердцем, женщина ускорилась, добираясь до спальни и распахивая двери, ожидая увидеть отравителя, что хотел подсыпать яд ей в кубок или положить в постель ядовитую змею. Но увидела лишь Олафа, что застрял в ловушке, что смертельна для человека. но абсолютно безвредна для снежного шара. Подумаешь, парочка новых дырок, что легко залатать.

- Что ты здесь делаешь? - Эльза закрывает двери взмахом руки и смотрит на своего старого друга с нескрываемым подозрением и толикой страха. Она не собирается ему помогать выбраться, наоборот, готова держать в неволи, чтобы получить ответы на свои вопросы. И её голос, холодный, колкий, прямо об этом говорит.

[NIC]Elsa Razengraffe[/NIC][STA]these voices won't leave me alone[/STA][AVA]http://s7.uploads.ru/GdQaR.png[/AVA]
[SGN]


Во мне живет буря. Я слышу её шёпот, выплетающий
колдовскую колыбельную из ветра, мрака и холода.
Пусть, пусть все живое уснет или погибнет, говорит она мне.
Смерть – это часть жизни. Зима – сборщица долгов,
что были взяты жарким летом. Всему свое время.
Так пусть же, пусть свирепствует ураган!

https://66.media.tumblr.com/cbe4d63fe88f71493d7535be17613425/tumblr_ob9dq2QUtH1v9n39oo7_250.gif

[/SGN]

+1

4

Бездумно заглядывая под каждую поверхность и обшаривая каждый миллиметр пола, при этом стараясь аккуратно ставить всё на место – а вдруг Эльза увидит, что маленькая коробочка, в которой хранилось что-то звенящее (Олаф не смог удержаться и едва не забыл о цели своего визита, играясь с импровизированной погремушкой), стоит на не своем месте? Или маленький флакончик с духами (Да-да, он искал даже под ним – ну мало ли, куда эти два шалуна могли убежать?) не аккуратно покоится возле шкатулки с украшениями Анны (Разумеется, он и туда заглянул в поисках Шашлычка и Пирожка), которые Королева бережно хранит до сих пор, и даже посмотрел под какими-то бумагами (очевидно, различные важные королевские штучки – трудно судить, когда ты не умеешь читать и писать) – Олаф не заметил, как наступил (а точнее буквально влетел в неё!) на ловушку. Конечно же, он не знал, что в порыве паники и паранойи Эльза натыкала ими всю свою спальню – каких-то украшений вроде картин и балдахинов, казалось, было даже меньше, чем того, что может поймать и задержать потенциального врага – только вот Олафу об этом, увы, никто не доложил. Но вот, стоило ему ступить на заколдованное место, как из пола повылетали большие и острые сосульки, которые живого человека убили бы за 10 минут, проткнув насквозь в разных местах и оставив истекать кровью, не имея возможности сдвинуться с места. Наверное, даже хорошо, что в эту ловушку попал Олаф – по крайней мере, теперь он знает о такой беде в покоях своей подруги. Снеговичок даже думать не желал о том, что кто-то из прислуги, решив проявить заботу и вопреки запрету зайдя в комнату, чтобы проветрить, сменить шторы или смахнуть пыль, мог умереть такой жестокой и мучительной смертью – а ведь намерения могли быть благими. А может, был сожжен в камине или заморожен и выброшен в озеро не один десяток людей, рискнувших зайти в покои Королевы без её на то разрешения и погибших в адских муках, угодив в эти ловушки? Ох, о подобном лучше не думать – слишком жестоко для Эльзы, и что бы она ни делала, Олаф ни за что не поверит, что его прекрасная и добрая подруга, создававшая однажды каток для подданных и устраивавшая целые Праздники (да-да, судя по их масштабу, это словно необходимо писать с большой буквы!) для всех членов семьи (даже Свен однажды удостоился праздничного тортика из морковок и небольшой вечеринки на льду!), способна на подобную жестокость. Ну это же его Эльза, создавшая своего снеговичка из снега и веток! Ну не может она быть настолько злой – даже не пытайтесь разубедить Олафа. Ох, кажется, я понял – ей не хватает моих жарких объятий!
- Хэй! Глядите-ка – я шашлычок! – Захихикал снеговик. Да-да, его эти сосульки всего лишь проткнули насквозь, но никак не убили – он же и сам сделан из снега. Олаф даже на пару минут забыл, зачем вообще явился в апартаменты Эльзы, хихикая с того, как забавно выглядело его тело, нанизанное на огромные сосульки. – А если их вытащить, то я – решето! – За своими шуточками, понятными лишь ему самому, он и не заметил, как и так приоткрытая дверь совсем отворилась, и в помещение буквально влетела Королева.
- Что ты здесь делаешь? – Изящным взмахом руки она закрывает двери и кидает подозрительный взгляд на снеговика. Эльза не спешит помогать своему снеговику, но он даже не замечает в этом ничего такого – сама искренность и наивность.
- Пирожок и Шашлычок куда-то убежали, и я решил, что они прячутся в Ваших покоях – они так давно Вас не видели, я уверен, они скучают по своей создательнице! – Хоть снеговик и не умел читать и писать, за последние годы своей жизни он научился (по крайней мере, он был уверен, что он в этом идеален!) подбирать слова при общении с Королевой. Пусть это, как он уверен, все еще была его любимая и веселая Эльза, рисковать ему не хотелось – пару раз он уже нарвался. 
Весело дрыгаясь на пронзивших все его тело сосульках и представляя себя шашлычком на вертеле (шутки и правда были понятны лишь ему одному – к сожалению, никто из прислуги бы не оценил и не похихикал вместе с ним, а Свена, весело скачущего вокруг и, кажется, поддерживающего любую безумную идею снеговика, увы, уже не было в живых…), он и не заметил, как нижняя часть тела просто взяла и отпала. Ноги, словно бы живя своей жизнью и торопясь по каким-то своим супер-важным делам, гордо зашагали куда-то, игнорируя присутствие Королевы, явно недовольной (и это еще мягко сказано) внезапной вылазкой непутевого снеговика в её покои.
- Простите, Ваше Величество, что я снова без спроса привёл их в замок – но они так одиноки… Знаете, нам всем не хватает Вашего внимания… – Он перестал махать руками, пытаясь поймать свои убегающие ноги – беспредел! Как же он без них будет и дальше искать своих младших братиков? – и поднял грустный взгляд на Эльзу. – Особенно мне. Ты… Создала меня. И ты близка мне, как не был близок никто другой. У меня не было и не могло быть семьи – я же снеговик – но ты мне как...мама? – Он и сам не заметил, как позволил себе такую вольность в обращении к Королеве, но не смог сдержаться, и даже нижняя часть туловища, как-то грустно топнув, сползла по стеночке у двери, усевшись в уголочке. А снеговик просто скучал по своей единственной и горячо любимой семье.
[SGN]

Lets love and  d r e a m

http://funkyimg.com/i/2wkUU.gif

[/SGN] [AVA]http://funkyimg.com/i/2wkUB.gif[/AVA] [NIC]Olaf[/NIC]

+1

5

Если с Эльзой за прошедшие столетия произошли изменения, связанные с ростом личности и тысячью преград, что она преодолела, то Олаф не изменился абсолютно. Созданный желанием двух девочек с кем-то разделить свой секрет, что не поймут обычные люди, он так и остался в золотой поре их детства, не повзрослев ни физически, ни морально. И поначалу это забавляло Эльзу - смотреть, как задорно хохочет Анна, прижимая к себе снеговика или наблюдать за шутливыми баталиями Свена и Олафа за морковку. Это сносило в их рутинную жизнь не только необходимый элемент волшебства, но и какую-то частичку детства, которое было украдено у обеих девочек, несмотря на то, что у одной был велосипед и тонна игрушек, а у другой лишь тонкая корочка льда на подоконнике. Глядя на веселье Олафа, для которого не было никаких особенных причин, вроде повышенного спроса на лед Эренделла, Эльза уходила от проблем. Снеговик напоминал ей о простых радостях, которые она, как и многие взрослые, уже не замечала. Вроде чашки какао, в которые можно добавить побольше маленьких зефирок, чтобы напиток вышел сладким и тягучим - сейчас он кажется королеве слишком приторным и склизким. Или радость солнцу, первым цветам, которые можно собрать в букет и украсить ими весь замок... Тысяча мелочей, которые ускользали от Эльзы, у которой и жизни-то толком не было. Олаф был её проводников в мир земных радостей, простых вещей, что наполняют день каждого живого существа.

Потом это начинало надоедать. Когда Эльза погружалась в формулирование нового закона и защита его перед советом, а в комнату влетал Олаф, принося с собой шум, радостные визги и нелепые идеи о пикнике, на который у королевы совсем не было времени. В минуты раздражения она даже прикрикивала на своего друга, отворачиваясь обратно к своим делам, которые требовали её внимания. Из-за этого все маленькие снеговички были отправлены в Ледяной замок - они сметали слуг с ног, вносили в замок элемент хаоса, который Эльза стала ненавидеть. Анна добилась небольших каникул, когда вся снежная братия приезжала в замок на пару недель, но после её смерти и эти было забыто.

Эльза росла, развивалась, превращалась из восторженной девушки в мудрую женщину. Ей бы уже быть старухой, но ледяной образ молодой девушки всё ещё окутывал её с головы до ног. Олаф не менялся, оставаясь навеки в детстве. И его выходки вызывали раздражение взрослого, у которого нет времени и сил на детские глупости. Снеговик всё ещё оставался частью её жизни, но участницей его игр Эльза больше не была. Крайне редко она позволяла ему внести в её размеренную жизнь элемент веселья, вроде пожарки зефира на огне камина.

Со временем и эти моменты сошли на нет. Эльза даже не заметила, как Олаф начал обращаться к ней с почтением, беря пример с других придворных.

И вот сейчас она находит своего снеговика в своей комнате, пойманного в капкан острых сосулек, что, казалось, приводило его в восторг. Безмятежности его можно лишь позавидовать - никто иной во всем свете не рискнул бы говорить с Эльзой так. Несмотря на почтительный тон, вежливое обращение, Олаф одним предложением указал, что ослушался её приказа. Приказа королевы Эренделла. За это полагается казнь.

- Что они делали в этом замке? Им запрещено здесь находиться! - Эльза зло сверкнула глазами, чувствуя, как раздражается. Если даже глупый снеговик не слушается её приказов, как она может удержать в своей власти целое королевство? Как она может требовать подчинения от людей, если даже снежный шар не ставит её ни во что? Эльза запирает двери льдом, что гарантировало им обоим полное уединение, пока этот импровизированный допрос не закончится.

Олаф отвечает на её вопрос со свойственной ему непосредственностью. Они скучают. Эльза тоже скучала по дорогим людям, но отчего-то не нарушала всем известных правил, почему же снеговикам должно быть послабление? Она вздыхает, снова взмахивая рукой - шипы, послушные воли своей создательнице, превращаются в ледяную крошку, оставаясь лежать на дубовых досках пола и давая свободу Олафу.

- Скажи, ты считаешь меня хорошей правительницей? - Женщина отходит к окну, не глядя на Снеговика и игнорируя его простую просьбу о тепле и любви. Эльза не была готова к тому, чтобы открыть кому-то сердце, чтобы снова дать кому-то тепло, которого внутри неё совсем не осталось. Это видно по Эренделлу - на дворе поздняя осень, а во всем королевстве уже лежит густой снег. Не будет больше яркого лета, не будет тепла и света. Королева просто не способна на подобное. Она не могла быть матерью - так повелела природа, хотя Эльза и не пыталась найти себе мужа и продолжить род. Ей было достаточно королевства, о котором нужно было заботиться, о снеговиках, за которых несла ответственность, не в силах превратить их в разрозненные снежинки.

Она не могла дать Олафу то, что он просил.
И не хотела, если честно.
[NIC]Elsa Razengraffe[/NIC][STA]these voices won't leave me alone[/STA][AVA]http://s7.uploads.ru/GdQaR.png[/AVA]
[SGN]


Во мне живет буря. Я слышу её шёпот, выплетающий
колдовскую колыбельную из ветра, мрака и холода.
Пусть, пусть все живое уснет или погибнет, говорит она мне.
Смерть – это часть жизни. Зима – сборщица долгов,
что были взяты жарким летом. Всему свое время.
Так пусть же, пусть свирепствует ураган!

https://66.media.tumblr.com/cbe4d63fe88f71493d7535be17613425/tumblr_ob9dq2QUtH1v9n39oo7_250.gif

[/SGN]

+1

6

Эльза взмахивает рукой, и сосульки, удерживающие Олафа, исчезают – распадаются на песчинки, оставляя после себя напоминание в виде дырок в теле снеговика. Глядите-ка, я – решето! Он едва не воскликнул это вслух, но вовремя вспомнил, что вот уже не одно столетие Эльза, увы, не разделяет больше его шуток. Все его попытки разрядить обстановку сталкивались о холодную стену безразличия и такой же ледяной взгляд, четко дающий понять – это было не смешно. Или не вовремя. Не к месту. О каком пикнике может идти речь, когда у Королевы важное собрание?
Горькая правда жизни – он был больше не нужен. Ей было не до него, и всё, что осталось у Олафа – небольшая комнатка в замке Эренделла и огромный ледяной дворец, полный маленьких снеговичков, достающих уставшего Зефирку.
И ноги. Нижняя часть туловища, живущая своей отдельной жизнью. Стоило ногам отделиться от верхней части тела, как они тут же принимались везде бегать, снося всё на своем пути, суетиться, а пару раз, после неудачного падения в ледяном дворце, даже убегали куда-то на выход. Но в этот раз, стоило ледяным сосулькам исчезнуть, как ноги тут же вернулись к своему законному владельцу – хотят уйти вместе с ним? Отправиться на поиски малышей?
Олаф искренне не понимал, почему Эльза запрещала малышам появляться в замке. Ведь пройдись он с ними по улицам города, то непременно развлек бы детей, отправленных родителями гулять, дабы не мешали убирать жильё и готовить ужин. А вечером, ночуя в замке, не чувствовал бы себя так одиноко и ненужно. Однако спорить с Королевой и таскать к ней снеговичков он не рисковал.
- Скажи, ты считаешь меня хорошей правительницей? – Поинтересовалась Эльза, и раньше, когда еще была жива Анна, Олаф в такой ситуации ответил бы, что ему это без разницы – Зефирка тоже хороший правитель, вон как удачно справляется с малышами. Он состроил бы грустную моську и объяснил бы Королеве, что ему не хватает тепла и внимания, что он скучает по своей создательнице. Постарался бы убедить её в том, что они нужны друг другу. Ну кто остался у Эльзы кроме Олафа? Кто поддержит её в абсолютно любой ситуации? Попытается рассмешить, когда ей будет грустно? Обнимет, когда будет одиноко?..
Сейчас же ему пришлось подбирать каждое слово. Делал он это настолько тщательно, насколько в принципе на это был способен снеговик, до этого занимавшийся только безобидными пакостями и шуточками. Но, признаться, он безумно скучал по тем временам, когда мог ворваться в покои Эльзы, внося с собой шум и хаос, и, весело напевая какую-нибудь песенку, уговорить её оставить королевские дела и уделить ему время. Где же сейчас те времена? Или это они уже не те?
- Конечно. В королевстве царит покой, никто не нападает, люди хорошо живут. – Максимально серьезно ответил он, занимаясь тем, что засовывал пальцы – веточки, если быть точным – в дырки в своем теле. Интересно, а он не развалится, случайно упав? – Вас что-то тревожит, моя Королева? – Осторожно поинтересовался он, прекращая своё нехитрое занятие и подходя ближе к Эльзе. – Вы кажетесь мне какой-то грустной… – Почему-то снеговику и правда казалось, что от его создательницы веет печалью и холодом – нехорошим холодом, от которого у людей пошли бы мурашки по коже. – Простите, если я лезу не в своё дело… – Поспешно добавил он.
Непонятно на что еще надеясь, он все же протягивает к ней руки и, состроив самое грустное выражение лица, на которое только был способен, тихо предложил:
- Может, немножко теплых объятий? – Представьте, как чувствуют себя брошенные коты, оставленные на улице собаки, за которыми уже никогда не вернется хозяин? Любое существо будет скучать, когда поймет, что в нем больше никто не нуждается. И Олаф, внутри которого что-то начинало потихоньку разрываться – может, так у людей болит сердце? – был готов отдать что угодно, лишь бы снова почувствовать себя нужным, почувствовать, что Эльза создала его не просто так, и что он – не бесполезный кусок снега, способный только шутить.
Все хотят быть нужными.
Хоть для кого-то.
Хоть ненадолго.

Разве глупо – желать этого?
[SGN]

Lets love and  d r e a m

http://funkyimg.com/i/2wkUU.gif

[/SGN] [AVA]http://funkyimg.com/i/2wkUB.gif[/AVA] [NIC]Olaf[/NIC]

+1

7

"Это совсем не важно", про себя подумала Эльза еще раньше, чем последний слог сказанного предложения сорвался с ее губ. Мнение какого-то глупого снеговика не стоило ничего — сотни советников и уличных мудрецов уверяют ее в том, что она лучшая королева из всех, что они видели. Это звучало смешно, если вспомнить, что на их недолгом веку правил лишь один человека. Королева, окруженная льстецами и лжецами, не способными в лицо высказать то, что думают, раболепия от страха перед ней.
Это сила. Страх и ее магия — вот что держит это королевство в повиновении, позволяя достигать гармонии и продвигаться вперед. Это, а не милые пикники с Анной, украшение улиц к праздникам и прочие вольности, которые Эльза, по юности и малодушию, позволяла. Это все балует народ, делает его расхлабельным, ленивым, считающим, что ему можно все, ведь в королевах у него молоденькая дурочка, которая не будет наказывать за невинные шалости.
Народ похож на ребенка, которому нужна твердая рука и хорошая порка — только так можно вырастить настоящего человека, способного выжить самостоятельно, а не прося подачки у сильных мира сего.

Наказания укрепляют дух, держат в строгости овечье стадо, над которым Эльза была поставлена пастухом. Покажешь слабину, и овцы разбегутся в разные стороны, попадая в капканы и ловушки других людей. Королева, желающая добра своим подданным, так не поступит. И Эльза понимала, что люди не поймут ее высоких мотивов — дети тоже обижаются на родителя, благодаря его лишь спустя года. Эльза была готова ждать необходимое время.
И все же ей было нужно знать, что все не напрасно. Что есть в этом мире хоть одна живая душа, которая не считает ее неправой. Кто достаточно дальновиден, чтобы разгадать ее план в срезе веков. Ее "мудрейшие" советники не способны на это — они слишком юны. Но Олаф настолько стар, что даже в его снежной голове должны были зародится зачатки разума.

-... царит покой, — эхом повторила Эльза, продолжая разглядывать заснеженный двор перед замком. По едва видным улочкам спешат по своим делам люди, кто-то несет на себе дрова, кто-то просто гуляет с детьми. Это люди счастливы в своей простоте. В королевстве царит мир, соседи откровенно боятся Эльзу, отчего заключают союзы на ее условиях. Ее люди не в чем не нуждаются, пусть и не живут богато — богатство развращает, давая иллюзию всемогущества. Люди не должны забывать, кто их правитель, кому они принадлежат. У них есть крыша над головой — у каждого, об этом Эльза позаботилась. У них есть еда и одежда. Человек, желающий работать, не будет обижен в ее королевстве, получая плату за свою работу. Соразмерную его труду, конечно.
Разве это неправильно?

— Так чего же не хватает всем этим людям? — Она не слышит Олафа, продолжая говорить о своем, — Почему они недовольны моим правлениям, желая видеть на моем, — она выделяет это слово, — троне другого? — Эльза говорила больше сама с собой, чем с Олафом, который, несмотря на прожитые года подле Эльзы, вряд ли сможет понять ее и ее тревоги. Умирать совсем не страшно, когда ты знаешь, когда это произойдёт, когда знаешь отмеренный тебе срок. Но когда жизнь кажется вечностью, очень страшно принять тот факт, что каждый день может стать последним. И Эльза сейчас чувствовала, как сгущаются над ней тучи, как собственный народ жаждет выступить против нее. Это не иноземное вторжение, которое она не раз разбивала, это зреет изнутри, и она не знает, как это победить.
— Может, и ты поменял бы правителя Эренделла? — Королева поворачивается к снеговику, который как раз подошел ближе. Ей показалось или его палочка-рука заточена, как острый кинжал? К горлу неожиданно поступила тошнота, причина которой был страх. А что, если измена подобралась настолько близко, что затронула и ее снеговика? — Может, ты даже считаешь, что достоин трона? — Эльза настороженно смотрит на Олафа, совсем по-новому. Мог ли ее снеговик желать власти? Ей слабо верилось в это, но были в их жизни разногласия. Если бы ему посулили разрешения всех его проблем — остался бы он верен ей?

Эльза отводит взгляд, боясь услышать ответ снеговика. Взгляд падает на ее рабочий столик, где всегда царил порядок. Отдельно чернильница, отдельно шкатулка с бумагами. Эльза всегда ее закрывала на ключ, убедившись прежде, что все документы уложены ровно. Сейчас же ее взгляд зацепился за светлый край пергамента, который выделялся на фоне темной древесины шкатулки. Кто-то ковырялся в ее бумагах, кто-то открыл ее шкатулку.
— Ты! — Эльза сверкнула глазами, снова поворачиваясь к Олафу. Взгляд этот не сулил ничего хорошего, как и ледяные глыбы, выросшие у дверей, как безмолвные стражи.
[NIC]Elsa Razengraffe[/NIC][STA]these voices won't leave me alone[/STA][AVA]http://s7.uploads.ru/GdQaR.png[/AVA]
[SGN]


Во мне живет буря. Я слышу её шёпот, выплетающий
колдовскую колыбельную из ветра, мрака и холода.
Пусть, пусть все живое уснет или погибнет, говорит она мне.
Смерть – это часть жизни. Зима – сборщица долгов,
что были взяты жарким летом. Всему свое время.
Так пусть же, пусть свирепствует ураган!

https://66.media.tumblr.com/cbe4d63fe88f71493d7535be17613425/tumblr_ob9dq2QUtH1v9n39oo7_250.gif

[/SGN]

+1

8

Он – всего лишь снеговик. Ну, знаете – этот нос-морковка, на который после смерти Свена охотиться даже некому (а временами Олафу не хватало этих шутливых – шутливых же?) покусываний за нос) руки-веточки и скатанные снежные шары, расставленные по размеру. Всего лишь кучка снега, отчаянно желающая любви и внимания вот уже несколько столетий – одинокий глупый снеговик.
Пару столетий назад он мог позволить себе влететь с шумом и песнями в покои королевы и, ловко прыгнув ей на руки, утащить её на пикник, уговорить устроить очередной каток на площади у дворца, а иногда даже умудрялся, сам того не заметив, ляпнуть умную мысль, к которой королева прислушивалась. Раньше кучка снега имела хоть какое-то значение.
Теперь же приходилось сдерживаться – подавлять желание запеть настырную и заводную песенку, сдерживаться, дабы не начать упрашивать королеву устроить бал – с её развивающимся с невероятной скоростью беспокойством и видением в каждой тени подвоха и предательства бал вышел бы не совсем таким, каким его хотел бы видеть снеговичок. Он всего лишь снеговик, и Олафу были непонятны мотивы Эльзы. Нет, он честно пытался вникнуть, пытался разобраться, пробовал представить себя на её месте – не воображая себя великим и властным правителем, всего лишь пытаясь понять, почему его создательница устраивает казни, почему винит слуг во лжи и видит подвох буквально везде. И все же, не понимаю. Почему бы вместо этого не спеть песенку? – Вот и вся умная мысль, к которой приходил Олаф. «Они так похожи: жара и мороз, их место вместе, а не врозь…Приятно укутаться зимнею стужей, а в летний зной я вмиг стану… счастливым снеговиком!» – припомнил он незамысловатую песенку собственного авторства и, сам того не заметив, тихонько пробурчал последнюю фразу вслух.
- Так чего же не хватает всем этим людям? – Вздрогнув, снеговик, на миг напугавшись, что его не так поймут, бросает беспокойный взгляд на Эльзу. Но, кажется, королева даже не заметила, что её маленький друг малость отвлекся – или она за года его жизни привыкла к тому, что Олаф вечно витает в облаках?
Снеговик лишь пожимает плечами – а что он может ответить? Что им, как и ему, не хватает теплоты в голосе Эльзы? Не достает тех дней, когда не нужно было трижды обдумывать каждое слово, прежде чем произнести его вслух, остерегаясь недопонимания и гнева королевы? Олаф бы отдал все, чтобы ему вновь уделили время, чтобы Эльза, как делала это раньше, после очередной глупости, случайно, но во благо, совершенной снеговиком, лишь мягко улыбнулась ему и утешила, словно ребенка… Но он всего лишь глупый снеговик – даже не человек…
- Может, и ты поменял бы правителя Эренделла… – Эльза оборачивается к своему творению, и следующий её вопрос удивляет снеговика – королева интересуется, не считает ли Олаф себя достойным трона. Себя. Снеговика. Он даже представить такое не мог – кто потерпит такую глупышку во главе королевства? Его, доверчивого и наивного, несмотря на прожитые годы, свергнут даже дети.
- Зачем мне менять правителя? Кроме Вас я никого и не видел на троне, мне никто другой и не нужен, – ну правда, куда Олаф без своей снежной создательницы?  Одним лишь движением пальцев она может забрать свою магию, превратив его в боящегося солнца и любого источника тепла сгусток снега. Эльза подарила ему жизнь – чудесную и полную счастливых воспоминаний. Уже только за это Олаф был вечно благодарен королеве.
Но он всего лишь глупый снеговик.
Отведенный в сторону взгляд, плечи, как показалось Олафу, грустно опущенные – неужели ему удалось убедить королеву, что опасность ей вот уже несколько десятилетий как не грозит, точно не от него. Обрадованный собственными домыслами и догадками, снеговик делает неловкие и поспешные шаги к Эльзе, планируя, как в старые добрые времена, заключить её в объятья – и плевать, что он и до пояса ей не достает – как вдруг атмосфера поменялась. Кажется, даже воздух стал тяжелее, будто бы в нем заискрились молнии.
Разъяренная чем-то Эльза поворачивается к Олафу, и, обернувшись вслед за ней – может, королева увидела в отражении убийцу или предателя? – снеговик замечает лишь ледяные глыбы, стремительно выросшие у дверей, отрезающие путь к отступлению.
- Ваше Величество, что случилось? – Испуганно пробормотал он, пытаясь с высоты своего небольшого роста разглядеть за окном причину резкой смены поведения Эльзы – может, что-то происходящее во дворе напугало её?
[SGN]

Lets love and  d r e a m

http://funkyimg.com/i/2wkUU.gif

[/SGN] [AVA]http://funkyimg.com/i/2wkUB.gif[/AVA] [NIC]Olaf[/NIC]

0


Вы здесь » KINGSCROSS » Внутрифандом » To know that for destruction ice Is also great and would suffice.