ваши проводники: Ogron, Diana, Mera, Lara

KINGSCROSS

Объявление

Рейтинг форумов Forum-top.ru

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » KINGSCROSS » Внутрифандом » can't commit to anything but a crime


can't commit to anything but a crime

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

https://funkyimg.com/i/2VGz4.png   https://funkyimg.com/i/2VGz5.png
https://funkyimg.com/i/2VGz3.png   https://funkyimg.com/i/2VGz6.png

- - - - - - - - - - - - -- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -

МЕСТО И ВРЕМЯ: omega dimension, 2010 ;

УЧАСТНИКИ: ogron & flora ;

О П И С А Н И Е
'      m  y      g  o  d      i  s      g  o  n  n  a      o  w  e      m  e    ,
t  h  e  r  e  '  s      n  o  t  h  i  n  g      l  e  f  t      t  o      s  a  v  e      n  o  w    .
i      c  a  n  n  o  t      d  o      t  h  e      s  n  o  w  f  l  a  k  e      '

Отредактировано Ogron (2019-07-23 21:52:40)

+1

2

[indent]Все-таки подумать о том, что все может пойти совсем не так, как было запланированно, Огрону определенно стоило. Иначе ему не пришлось бы в спешке придумывать план отступления, пока, до смерти напуганные едва не настигнувшей их смертью (забавно получилось, не так ли?), феи войны приходят в себя. Времени ему дано оказалось катастрофически мало, и потому маг не придумал ничего лучше, кроме как найти укрытие в лабиринтах Измерения Омега. Это место обладало чертовски дурной славой: здесь, навеки закованные во льдах, злейшие враги магического измерения проводили свою вечность. Вопреки мнению большинства недалеких любителей рассуждать и осуждать других без знания дела, многие из этих заключенных не столько не могли освободить себя от ледяних оков, сколько не хотели — пленников Измерения Омега сторожили не разумные стражи, а дикие змеи, обжигающие холодом и уничтожающие все живое, что замечал их зоркий глаз. Место было далеко не из приятных, и как минимум поэтому уже стоило попытаться найти в нем свое спасение. Дурная слава ледяной тюрьмы могла заставить часть мстительных фей задуматься о том, стоит ли борьба с магами Черного Круга их собственных жизней, ведь это место было равно беспощадно и к правым, и к виноватым. Чем меньше противников оставалось у Огрона и его подчиненных, тем легче им удалось бы оторваться от преследования.
[indent]О том, чтобы пытаться снова уничтожить фей, не шло и речи. Огрон просчитался, недооценив Винкс и их мужское сопровождение, в особенности этого Набу, который в целом показывал себя лучше остальных парней в команде поддержки фей, но все равно не казался достаточно сильным противником. Так думал Огрон, когда с легкостью сломал об колено посох волшебника с Андроса, лишив его возможности колдовать и защищать свою дерзкую подружку. Теперь, когда этот юноша с двумя косичками сначала лишил Черный Круг одного из магов, Думана, а после и вовсе вобрал в себя всю магию Черного Круга, закрыв портал в Бездну, Огрон сильно жалел, что вместе с посохом не сломал этому мальчишке еще и позвоночник. Тогда он бы заранее посмеялся в лицо темнокожей фее, когда она несла бы своего разломанного жениха на руках — по крайней мере, несколько недель назад за спиной Винкс не стояли феи войны, и Огрон имел бы в запасе еще несколько бесценных минут, чтобы насладиться ее страданиями и горем.
[indent]«Ой, как жаль, но цветочек тоже хочет жить?» — с издевкой произносит Огрон и бросает мимолетный взгляд на Флору. Конечно, фея природы должна сопереживать и засохшему цветку, и умирающему другу. Правда, едва ли жест дружбы, обращенный к растениям, так сильно впечатлит фею, что заставит ее с легкостью простить магу смерть жениха ее близкой подруги. Да. это и правда такая сложная сеть отношений и бессмысленных привязанностей, которые так травмируют неподготовленный разум: что, эти глупые феи и правда так искренне верили в то, что могут бросать вызов каждому встречному злодею (по их субъективной оценке) и всегда выходить победителями без ощутимых потерь? Тогда можно сказать, Огрон любезно преподал им важный жизненный урок: война несет смерть, поэтому, объявляя ее кому-то, будь готов оплакивать каждого, кого тащишь за собой в этот омут.
[indent]Он лишил его шанса выжить с особым наслажденем. Хоть волшебник с Андроса не был феей и особо не страдал, его смерть принесла магу огромное удовлетворение. Он видел страх — панический ужас — в глазах феи волн, и слышал отчаянную мольбу в ее голосе. Она правда думала, что Огрон проявит сочувствие? Пожалеет глупую фею, которая, оказывается, так любит своего безрассудного жениха, лишившего магов Черного Круга шанса на победу? Зря, очень зря она так думала. Ее жалкие рыдания стали только дополнительным поводом, достаточно весомым, к слову, чтобы сделать все в точности наоборот и заставить ее страдать сильнее. Каждую из этих пестрых фей волшебного измерения Огрон ненавидел до дрожи, проклиная их и прошлого себя за то, что пренебрежительно отмахивался от них и не прихлопнул, пока у него была возможность. Феи не с его родной планеты мало интересовали мага; он издевался над ними каждый раз, когда Винкс бросали ему вызов, и не был готов прекращать эти жестокие игры — правда, совершенно не предполагал, что они вдруг станут сильнее и таки смогут дать отпор. Сейчас он играться с ними не станет; Думана больше нет, их силы иссякают, а Винкс все лезут и лезут не в свое дело, возомнив себя правосудием и полноправной стороной многовекового конфликта, о котором они и узнали-то всего ничтожное количество времени назад. Хотят войны? Пусть впредь боятся своих желаний. Смерть Набу, совершенно глупая и досадная, будет им хорошим напоминанием о том, что всякое решение чревато последствиями.
[indent]Последствия их собственной неосмотрительности нагоняют магов Черного Круга в неприветливом Измерении Омега. Холод тюрьмы пробирает до костей; Огрон осматривает ледяной лабиринт, едва подавляя в себе природное чувство страха. Он успокаивает себя мыслью, что любое существо, встреченное им здесь, желает ему мучительной смерти куда меньше, чем любая из фей, которая последует за ним сейчас. Стало быть, бояться стоит совершенно не того, что ждет впереди, ведь все самое опасное остается за спиной. Огрон не знает, сколько у них времени, чтобы найти здесь укрытие. Феи войны могут броситься за ними прямо сейчас (маг прислушивается, не открывается ли за ним чужой магический портал), или же выждать время, подготовиться... Или что им нужно? Решимость? Неважно. О их планах и настроениях Огрон догадывается лишь примерно, и это тоже его нервирует. Смотреть на заточенные во льды фигуры мутантов и вполне обычных с виду людей тоже очень неприятно. Сквозь прозрачную решетку словно смотрят живые глаза, неотрывно следят за незваными гостями. Вероятно, живые посетители в Измерении Омега считаются крайне редким явлением. Огрон не может отделаться от пугающего чувства, что они следят за ним — неотрывно, с любопытством и завистью.
[indent]«Будь я на их месте, я бы тоже возненавидел свободных» — за этой неожиданной мыслью приходить другая: а ведь он и правда еще может побывать в их шкуре. Конечно, ему категорически этого не хотелось бы, но эта жуткая мысль навязчиво цепляется, лезет в голову. Оказаться загнанным в угол страшно. Оказаться скованным льдом страшно. Остаться здесь навеки страшно. Но это страхи, связанные с невеселыми предположениями. Реально страшно: назад им уже не повернуть. А вот что будет впереди — Огрон не знает, но прогнать дурные предчувствия не может. Может только бороться, и будет делать это до конца, чтобы не стать еще одним заключенным, следящим за теми, кто пока еще может сбежать.

+1

3

Вот и наступил день суда.  Тот самый день, которого все так ждали, и одновременно с этим — боялись. У каждого были свои ожидания и надежды на этот день. Кто видел в нём надежду на будущее, а кто лелеял мысль о возмездии. Но, несомненно, для каждого, этот день — был важной точкой отсчёта, которую они хотели бы раз за разом вспоминать. Однако, удача не может улыбаться всем одновременно, особенно, когда виденье будущего у каждого своё.
Феи с Земли — жаждали отмщения. Они хотели не просто отплатить магам тем же, они желали для них больших страданий, чем испытали сами в заточении. Исключением были две феи. Одна из которых: Рокси, которой удалось избежать заточение. А вторая: Моргана, которая прислушалась к сердцу дочери. Юной фее, что не уставала кричать о прощении, о том, что «месть — это не выход», что «зло порождает ещё большее зло».
  Маги чёрного круга — желали всё вернуть на свои места, до вмешательства фей из клуба Винкс. Разумеется, не без «компенсации». Они надеялись заполучить Послеюнюю фею м Земли, и наконец поквитаться с тем, кто освободил Земных фей.
В свою очередь Винкс, хотели прощение магам. Иначе бы они не стал им помогать, позволив феям войны закончить начатое. Девочки из клуба Винкс считали, что каждый имеет право на второй шанс. Человек может исправиться, если всем сердцем этого пожелает.
В особенности за магов, переживала фея природы. Флора проявила импатию к Огрону, которой растрогал её своими рассказами. Хранительница Линфеи ни на мгновении не усомнилась в искренности слов чёрного мага, о его переживаниях за своего друга — Думана, и из-за вердикта суда. Девушка даже дала своё честно слова, что сделает всё, что бы повлиять в их сторону, на решение суда. И волшебница была готова на всё, что бы выполнить данное обещание. Фея природы уже, даже продумала стратегию защиты для магов черного круга. Она была уверена, что Винкс её обязательно поддержат, и тем самым она исполнит своё обещание. Тогда,  фея даже не подозревала, что её вмешательство не потребуется, и маги сами за себя выскажутся так, как никто не ожидал.

☆☆☆

В день суда, Специалисты приняли решение, пойти со своими феечками. Они боялись, что маги Чёрного Круга попытаются бежать, связи с этим нападут на Винкс. Девочкам, конечно, это не особо нравилось. В последнее время, парни только и демонстрировали своё пренебрежение к их силам. Сначала, они ходили по пятам за своими девушками, следили за ними. Затем устраивали сцены ревности. Пытались держать фей позади, как будто они ни на что не способные. И это, безусловно, очень обижало Винкс. Кому будет приятно слышать в свой адрес, что ты слабый и никчёмный. Конечно – никому. Феи долго пытались, объяснить, что для них очень важно самим справиться с этой миссией, без чьей либо помощи. Потому, как, после своих сокрушительных поражений, им нужно реабилитироваться в своих же глазах. Но парни не хотели слушать. Они продолжали делать то, что делали, невзирая на то, что успели переругать не единожды со своими девушками из-за этого. Уставшие от ссор и споров Винкс, уже не стали противиться решению парней, хотя они и считали это лишним. Хотя было не понятно, как отреагируют Земные феи на присутствие людей на Великом суде. Впрочем, им было не суждено это узнать.
Огром со своими магами, воспринял это, как недоверие. Во всяком случае, именно так выразился лидер магов Чёрного Круга. Едва ли он считал, что феи им не доверяют, хотя безусловно, они вполне себе имели на это право. Маги были просто недовольны тем, что число противников – выросло. Попробуй за всеми уследить. Но к их счастью, или же сожалению, Специалисты решили остаться с Думаном — магом, который, чувствовал себя плохо, на тот момент. Остальные же отправились на суд.

☆☆☆

Тир Нан Ог — королевство Земных фей…. Не так просто описать это таинственное и прекрасное место, в трёх словах. Оно завораживало своей красотой. Здесь каждый может найти что-то для себя. Закрой глаза  слушай мелодию волн, или же  насладись нежными лучами солнца. Оглянись, и посмотри, на лес с прекрасными растениями, ароматными цветами. Услышь пенье птиц, насладись легким морским бризом…
Замок королевы Морганы так же прекрасно вписывался на общем плане. Флоре очень понравилось, как дерево обвивало старинное-волшебное здание. Фея природы очарованно осматривалась по сторонам, про себя думая, о  том, какое всё-таки живописное место проживание, отыскали феи Земли для проживания, и как же всё-таки жаль, что оно не единожды являлось полем битвы, а так же темницей для побежденных фей. Слишком трагично, для такого прекрасного места.
          Хозяева острова встретили гостей холодно. Вороны, как только увидели магов Чёрного Круга, кинулись в бой. Винкс не хотел вредить взбесившимся птицам. Однако, нужно было спасать чародеев от них. Так, как Огрон и его подчиненные отказались от чёрной магии и не могли защититься самостоятельно. Благо, Рокси - фея зверей, быстро успокоила ворон, и велела им лететь домой. Птицы были вынуждены повиноваться. Но не только они были не рады гостям. Встречающие феи, тоже были не в восторге от происходящего. Скрепя зубами, они смотрели на обвиняемых. Будь их воля, они бы кинулись в атаку, не дожидаясь суда. Единственная фея, которой хватало более-менее терпения — Небуле, фее войны. Однако, её самообладание строилось вовсе, не на добрых намерениях. Заместительница королевы смаковала победу над магами Чёрного Круга, как дорогое вино. Экс фея мира, устроила небольшую экскурсию, в которой не упускала возможности предаться каким-то жутким воспоминаниям. Она говорила так, словно что-то не договаривала, насмехаясь над обвиняемыми. Небула говорила, что их дом чародеи сделали для них темницей, наверняка, намекая, что теперь он будет темницей им.
     Флора невольно задумалась, над тем, кто из фей будет обвиняемым. Моргана наверняка возьмёт на себя роль судьи, и это не плохо. Так, как королева старается быть максимально объективной. Земная фея, уже продемонстрировала свою добрую волю пойдя на сделку с Огроном и его подчиненными. Кто, если не она, может дать новое дыхание своему королевству, и принести в него мир и порядок? Пожалуй никто. Что касается защиты, то, тут  скорее всего Моргана позволит магам Чёрного Круга самим высказаться. И это тоже хорошо. Фея природы, конечно, не собиралась нарушать данное слово Огрону. Хранительница Линфеи сделает всё, что в её силах, дабы защитить магов в суде. Девушка уже подготовила некую стратегию, для защиты чернокнижников. Это было нелегко, так как пришлось много книжек прочитать, дабы получше ознакомиться с материалами дела. К сожалению, едва ли Флора смогла найти всё, в чём их будут обвинять. Так, что тот факт, что чародеи тоже смогут высказаться, несомненно радует. Они смогут рассказать о своих причинах, которые возможно будут достаточно веские для оправдательного приговора. А так же, раскается в содеянном, а это очень важно, для каждого из присутствующих в своей степени. А что касается обвиняемой стороны, то скорее всего, эта роль достанется Небуле. Королева не сможет позволить каждой фее высказать свои претензии. Обвинения будут похожи между собой и сам судебный процесс слишком сильно затянется. Так, что вполне логично будет выслушать фею, что умеет грамотно высказывать свои мысли, ту что не раз бывала на дипломатических переговорах. Кто, если не она сможет высказаться за всех Земных фей?
Своё неофициальное обвинение Небула начала по пути к замку. И это было не так уж и плохо. Флора задумалась, как её парировать данные обвинения. Благо, Моргана в этом немного помогла. “Крылья отрастают. Медленно, но отрастают.” От этих слов стало спокойней. Судя по всему, королева Земных фей была готова помиловать обвиняемых, осталось только, доказать что их намерения чисты. Хранительница Линфеи невольно улыбнулась этой мысли, ведь она была уверена в светлых намерениях магов Чёрного Круга.
     Но не долго феи праздновали победу над Огроном и его подчиненными. Как гром среди ясного неба, раздался смех лидера магов Чёрного Круга. Ловушка захлопнулась. Всё пошло так, как он и задумывал. Ни капли жалости и сожаления. После того, как Моргана приняла черный круг, открылись врата в бездну, и фей начало засасывать. Чародеи до самого конца были верны себе и своей мечте. Флора непонимающе хлопала глазами. Неужели это в самом деле происходило? Сердце внутри болезненно сжалось. Огрон обвёл фею природы вокруг пальца, как последнюю дурочку. Она сочувствовала ему, искренне верила и пыталась помочь, а он смеялся над ней затачивая нож.
Хранительница Линфеи отчаянно приказала остановить это безумие. Конечно, Флора не задумалась на тот момент, на сколько глупо она выглядела в глазах окружающих… в его глазах. Это фраза вырвалась в эмоциональном порыве, сама по себе.  Голос дрогнул, а слёзы едва удалось подавить в себе. Надежды не было с самого начала. Если Огрон и его подчиненные с самого начала это задумали, то было бы странно, если бы маги отступили из-за какой-то феи природы. Маги проигнорировали слова волшебницы, следуя своему плану.

☆☆☆

     Девушкам нелегко пришлось. Викс были вынуждены делать выбор, атаковать магов, или же спасать фей, что затягивало в бездну. Это в самом деле сложный выбор, ибо маги способствовали тому, что бы фей быстрее затягивало в бездну. Благо, Винкс могли позволить себе поделить обязанности. Вскоре к ним присоединились Специалисты, которые от Думана узнали о намерениях магов Чёрного Круга.
     Оказавшись в меньшинстве, чародеи были вынуждены отступить. Огрон и его подчиненные спрятались от от фей за большим валуном. Но проблема всё ещё не была решена. Бездна всё ещё затягивала Земных фей, и никто не знал, как это остановить, кроме Набу. Светлый маг понимал, насколько было важно закрыть портал в бездну, поэтому он пошёл на отчаянный шаг.
     Набу удалось закрыть врата в бездну, но та поглотила всю его энергию. Маг упал, не в силах стоять более.Лела подскочила к любимому самая первая. Все были ошарашены и напуганы. Хранительница Линфеи не сразу поняла, что происходит. Это было так странно смотреть, как угасает жизнь твоего друга. Девушку словно парализовало, и похоже не только её. Блум первая кто пришёла в себя, и напомнил про дар эфирных фей. И на мгновение у всех появилась надежда, которую Огрон так запросто отнял. Как только, Лейла начала молить о последнем даре, лидер магов Чёрного Круга, перехватил его, и использовал его на засохшем цветке, смеясь в лицо своими врагам. Сразу после этого, маги исчезли. словно никогда их тут и не было, а Винкс и Специалистам осталось только оплакивать своего друга.
     Небула высказала своё презрение по отношению к королеве. Бывшая фея Мира обвинила Моргану в чрезмерной доброте. По её мнению, маги не заслуживали и шанса. После, она решила попробовать переманить Лейлу на свою сторону. И как бы Блум не пыталась повлиять на решение феи волн, ей этого не удалось. Ярость закипела в жилах Волшебницы. Наследница престола Андора, с презрением посмотрела на подруг из-за того, что  те пытались объяснить, что месть это не выход. Винкс не стали удерживать подругу. решив, что ей нужно некоторое время побыть одной.

☆☆☆

     Новый рассвет был самым тяжелым. Никто из Винкс и Специалистов, так и не смог уснуть. Они лишь тихо сидели у берега моря и предавались воспоминаниям о Набу. Каждому из них, было по своему тяжело и больно. Наверно тяжелее всего, из присутствующих, было Ривену. Потому, что для него, маг был наставникам. Он учил специалиста самообладанию, помогал советами в различных ситуациях. И он не смог сдержать своих чувств, свои слезы.
     Рокси единственная, кому удалось заснуть, хотя бы под самое утро. Но и её сон продлился не долго. Тихий и спокойный сон, обернулся кошмаром. Фея зверей увидела во сне, как королева Моргана просит о помощи. Девушка без промедления рассказала обо всём друзьям, и они все вместе отправились в замок Земных фей.
     К сожалению, и этот сон оказался вещим. Это стало понятно, когда Винкс и Специалисты заметили защитное поле вокруг замка Тир Нан Ог. Оно явно было поставлено не с благими намерениями. Ящерица, которая забела силовое пола, мутировала сразу и напала на них. Винкс и Специалисты поделились на две команды, в надежде не терять ни минуты. Рокси, имела некую ментальную связь с королевой, с помощью которой, Моргана направляла фей.
     Первая группа быстрее добрались до места назначения. Однако угодили в ловушку. Волшебницы не были готовы, что их старая подруга нападёт на них со спины. Очнувшись после удара в спину, Винкс предстали перед самозванкой, что захватила власть. Небула насмехалась над тем, что девушки пали от руки их же собственной, некогда подруги. Флора невольно вспомнила насмешки Огрона. Маг так же смеялся над наивностью фей, когда они доверились ему и были преданы. Всё больше феи-мстительницы, были похоже на тех, кого преследовали.Тьма, словно вирус, что проник в их сердца. Не верилось, что фея волн - её лучшая подруга, тоже была заражена той же тьмой, что и маги Чёрного Круга.
     Словно было представить, что с ними было бы, если бы не подоспела вторая группа вовремя. Слова Блум звучали, весьма убедительно, но к сожалению, сердца мстительниц они не задели достаточно сильно, что бы Земные феи одумались. Или же, времени на сомнений, им не стовали? Как бы там не было, благодаря второй группе, Винкс и Рокси были спасены. А феи-мстительницы бежали вслед за магами, и Лейла вместе с ними. Почему-то девушка, даже не задумывалась над тем, с кем она останется.
     Фея животных освободила королеву Моргану, узнав очень важную деталь о своем прошлом. Оказалось, что Моргана - мать Рокси. Впервые за долгое время, появились хоть какие-то хорошие новости. Но времени для радости не было, так же как и для скорби. Нужно было остановить фей, ослепленных яростью ненавистью, пока они от сами от них же не пострадали.
     Когда Винкс, Специалисты, и Рокси с Морганой отправились в измерение Омега, там уже начались сражения. Блум едва успела спасти Гантласа от мстительных фей. К сожалению колдун воспользовался ситуацией и сбежал. Земных фей, королева Моргана заклинанием заставила уснуть. В поисках мага Чёрного Круга, они натыкаться на группу пострадавших фей, и тут же принимаются оказывать помощь. Однако, очень скоро их находит Небула с ещё одной группой мстительных фей. Благо на этот раз Моргане и Блум удается тронуть их сердца. Земные феи кланяться и просят прощения у королевы Морганы. Лишь Небула и Лейла не стали отказываться от своей мести. А появившийся Огрон со своими подчиненными, что атаковали ледяные столбы, дабы устроить обвалы, лишь усугубили ситуацию.
     Фея войны и фея волн отправились за магами Чёрного Круга. Блум велела Скаю выводить фей наповехность. Тем временем Винкс и Рокси полетели за своей старой подругой в надежде вернуть её. Пещера понемногу продолжала обваливаться. Винкс использовал  быстрые крылья в погоней за магами и феями.
     Флора летела самая первая из оставшихся винкс, облетая ловко все препятствия на своём пути. Фея природы не заметила, как сильно оторвалась от своих подруг, с которыми она летела, некогда рядом. Похоже, что с облётом препятствий им просто не так везло. Однако хранительница Линфеи даже так, опоздала. Небула и Лейла лежал без сознания. Магов Чёрного круга не было видно. Фея природы спустилась к лучшей подруге. Она хотела излечить фей своей магией.

+1

4

[indent]Ледяные коридоры Измерения Омега имели свою неприятную особенность: с каждой минутой, проведенной здесь, выход казался все дальше. Огрон начинал по-настоящему опасаться, что маги Черного Круга зашли слишком далеко, чтобы когда-нибудь отсюда выбраться. Но отступать было уже слишком поздно: точка невозврата оказалась пройдена еще на Тир Нан Оге, когда он позволил королеве Моргане открыть врата в губительную для земных фей Бездну. И теперь этот разъяренный рой, по счастливой случайности не понесший совершенно никаких потерь (досадно), преследовал своих несостоявшихся убийц. Огрон постоянно напрягал слух, пытаясь понять, как сильно охотникам на фей удалось оторваться от своей обозленной добычи. И только когда он совсем перестал их слышать довольное долгое время, маг позволил своим подчиненным остановиться.
[indent]Он бросает взгляд на Анагана: кажется, даже самый спокойный из них сейчас был напуган настолько, что казался бледнее, чем обычно. Огрон издал нервный смешок. Уж если трясет похуиста Анагана, то им точно сегодня не выбраться отсюда живыми. Но охотники на фей не привыкли сдаваться без боя: даже на Тир Нан Оге, территории, полностью подвластной земным феям, они дали им шикарный бой, из которого тогда вышли абсолютными победителями. В особенности Огрон, успешно простившийся с бывшим лидером магов Черного Круга, которому давно искренне желал самой ужасной и внезапной смерти. Правда, заточение в подземельях королевства фей звучало не хуже – Огрон все равно сообщил остальным, что Иллидис покинул их ряды навсегда.
[indent]Но почему-то отпустить Думана ему было не так легко. В голове не укладывалось: как он мог упустить из виду дружков этих назойливых фей, как мог оставить их наедине с ослабленным анимагом? Его план казался таким идеально-продуманным и точным, даже несмотря на то, что был составлен на коленке за несколько минут (критическая ситуация не предполагала наличия достаточного количества времени на долгие раздумья) – и почему-то единственный просчет оказался фатальным во всех смыслах. И для Думана, и для всех остальных. Одна ошибка по имени Набу нанесла два критических урона, поставив жирный крест на победе магов Черного Круга, и это буквально в минуте от нее. Даже само сочетание слов «Думан» и «мертв» казалось Огрону диким, режущим слух. За столько столетий с ними не случалось ничего особенно плохого (потеря Иллидиса считалась Огроном полностью положительным моментом), даже самые рисковые бои проходили чересчур легко для них. Удавалось отделываться легкими травмами и незначительными последствиями – настолько часто, буквально всегда, что бдительность была преступно потеряна. Огрон не сомневался, что его план сработает, как и до этого – идеально, без нареканий, четко и красиво – в мыслях маг уже давно праздновал победу, и оттого признавать поражение было чертовски тяжело. А принимать, что они потеряли кого-то навсегда, и того сложнее. Даже Иллидиса, при огромном желании, которого никогда не будет, Огрон мог бы достать. Но Думан… Думан оказался слишком далеко.
[indent]Если бы он был с ними, этого бы не случилось. Даже, не зарекаясь – случилось бы, и Огрон смог бы это исправить, украв дар жизни у Набу и подарив его Думану. Не задумываясь ни секунды, потому что этот болтливый и критически злобный анимаг был его семьей. Когда он виртуозно заговаривал Флору, не стесняясь спекулировать бедственным положением Думана, Огрон даже не предполагал, что его слова станут истиной. И от этого становилось еще страшнее.
[indent]Сейчас, остановившись впервые с тех пор, как он узнал об итогах их провальной миссии, Огрон смог в полной мере осознать, как же сильно они все облажались. До этого у него даже не было возможности подумать об этом, и когда его голова наконец не была занята выживанием, сознание заполнилось глухой болью. С ней появилась и злость. На себя, на фей – на всех, кого вообще можно было обвинить. От бессилия Огрон бьет кулаком в ледяную стену, обрушивая на пол стеклянную крошку. Ему хочется кричать, но он вовремя берет себя в руки: это только выдаст их местоположение феям, которые…
[indent]Он слышит шуршание волшебных крыльев и замирает. Сколько их сейчас окажется сзади, атакующих своих обессилевших врагов?
Огрон оборачивается, готовясь принять на себя первый удар и атаковать в ответ, давая остальным магам возможность собраться и присоединиться к битве. Судя по звуку, бежать было уже поздно – придется сражаться. И маг понимает, что иного выбора у них нет. Однако, когда к ним подлетает одна лишь Флора, и за ее спиной не оказывается ни одной феи, маг немного расслабляется.
[indent]— Надо же, кто пришел. Пришла поблагодарить за спасенный цветочек? – насмешливо интересуется маг, почему-то совершенно не опасаясь волшебницу-пацифистку.

+1

5

Пробираясь в глубь пещеры, фея природы не могла не думать о феях, которые остались позади. Конечно с ними Специалисты, которых возглавляет храбрый и отважный принц. Человек, который ни раз демонстрировал навыки настоящего лидера, однако, за них Флоре всё равно было не спокойно. Хотелось бы верить, что они выберутся целыми и невредимыми. Впрочем, удушающая тревога была со всех сторон, и не позволяла вздохнуть полной грудью. Хранительница Линфеи так же не переставала переживать за свою лучшую подругу Лейлу и её союзницу - Небулу. Пусть Лейла её прокляла уже не единожды за то, что она не последовала за ней по пути мести. Пусть фея волн говорит о том, что они больше не друзья… Но Флора не может так просто забыть дорого ей человека, и отпустить душу лучшей подруге в бездну, из-за болезненного разногласия. Как хранительница Андроса не понимает, что в этой войне, победителей не будет, будут только проигравшие? Почему она не готова принять ту истину, что каждая из фей Винкс готова умереть за неё. Не то, что Небула — временная союзница, которая готова умереть лишь за свою жажду смерти. И самое ужасное это то, что фея войны ослепленная местью, ведёт фею волн на свидание со смертью. Их жажда полыхает столь ярко, что девушки не видят всей картины.
Предательство Лейлы, глубоко ранило сердца Винкс. Они приняли её, помогали преодолеть страхи, боролись за её дом всеми силами. Текна тогда чуть не погибла, в борьбе за её мир. Но как бы сильно их сердца не обливались слезами и кровью, девушки всё равно, стиснув зубы, готовы бороться за неё, в память об их дружбе и в память о Набу. Флора точно знала, что в борьбе с Хранительницей Андерса ни на жизнь, а на смерть, она скорее даст себя убить, чем сама нанесет смертельный удар волшебнице.
Однако прежде, чем сойтись с Лейлой в борьбу за её душу, фея природы должна её отыскать в этом ледяном лабиринте. Как жаль, что тут не было растений, что могли бы указать путь волшебнице, и пришлось ориентироваться на звуки битвы, которые почти сливались с шумом обвалов.С этим лучше справилась бы Муза - фея музыки, однако времени на расспросы у них не было. Время есть только на действия, а не разговоры.

☆☆☆

Добравшись до магов черного круга,  хранительница Линфеи старалась рассмотреть Лейлу и Небулу, что бы оценить состояние их здоровья. Однако, это было очень тяжело определить визуально. Флора оглянулась, что бы услышать заключение Текны, которая наверняка уже готовилась провести диагностику, однако её рядом не оказалось… Флора добралась до чародеев первая, никого рядом больше не было, кто бы помог помочь ей в борьбе против них. Винкс не было видно даже вдали от места предстоящей битвы.

Огрон чувствовал себя уверенно, даже чересчур. Насмехаясь, о задает вопрос, на который и так знает ответ. Разумеется, она тут не ради благодарности, и это Флора намеревается продемонстрировать. Однако, нужно сохранять спокойствие, и не позволять эмоциям свершить необдуманных действий.

— Сдавайся, Огрон, вам больше некуда бежать! — Флора знала, что звучит неубедительно. Потому, что находилась в меньшинстве, и её магия тут не очень эффективна против них. Беливикс хорош среди людей, что верят в фей, а не в ледяном измерении. Да, и при желании, маги могли телепортироваться в иное измерение, но почему-то они предпочли сражаться. Вероятно, намереваясь уничтожить сей одну за другой. — И я вам не позволю сбежать.

+1

6

[indent]В голове сразу возникли и смешались сбивчивые идеи, как можно выгодно использовать одиночное появление феи природы в нелегкой борьбе за выживание. Отчаянные времена требовали решительных мер — и раз уж прежде Огрон никогда не задумывался о чести поединков и прочей рыцарской херне, которую ему вбивали еще дома, то и сейчас вдруг проявлять джентльменские наклонности было бы совершенно неуместно. Пусть из всех фей волшебного измерения, влезших во многовековую земную борьбу, Флора вызывала наименьшее количество гневных и отрицательных эмоций, жалеть ее в ущерб собственному спасению лидер магов Черного Круга готов не был. Они и так понесли критические потери и оказались буквально на грани жизни и смерти, преследуемые озлобленными долгим заточением феями — романтика и благородство здесь явно были уже не к месту.
[indent]— А как же твое обещание, Флора? — вкрадчиво спрашивает Огрон, напоминая Флоре об их недавнем личном диалоге. Он прекрасно помнил, как они несколько часов разговаривали буквально обо всем на свете, словно никогда не были врагами — и он видел, как волшебнице это нравится. Вероятно, в такой большой компании застенчивая фея терялась, часто оставалась без внимания среди своих ярких и болтливых подружек. Ей не хватало собеседника, который бы слушал только ее, уделял внимание лично ей и позволял фее раскрыться. Вероятно, даже этот поэт-художник, посылающий своей девушке романтичные стихи и пишущий ее портреты, не мог дать Флоре то, чего ей на самом деле не хватало. Потому ее глаза так ярко горели, когда она рассказывала о своей родной планете, о ботанике и своем обучении в школе, и еще о множестве вещей — их разговор затянулся больше, чем на одну чашку ароматного чая. Огрон предполагал, что этот вечер волшебница не забудет, как и обещания, с ним связанные. — Ты же, вроде бы, собиралась сделать все, чтобы спасти мне жизнь. Ну так вот и задержи своих мстительных подружек, если, конечно, считаешь, что я совершенно не зря тебе доверился, — маг услужливо, с легкой улыбкой все-таки напоминает Флоре, что конкретно он имеет в виду. Он знает, что волшебница не так уж и глупа, и очевидную манипуляцию в его словах она чувствует без всяких сомнений. Но за тот вечер Огрон узнал, как сильно в ней чувство вины и как велико ее чувство ответственности. Пока она будет метаться между двумя своии долгами, он точно придумает, как воспользоваться сложившейся неудобной ситуацией и обернуть ее в свою пользу. Разумеется, если его расчет все-таки окажется верен, как и мнение, составленное о Флоре на основе ее собственных рассказов и промежуточного наблюдения. В ином случае оставшихся магов Черного Круга будет ждать битва. Вероятно, последняя — это уж зависит от скорости остальных волшебниц Винкс, которые догоняют свою сверхбыструю подружку.
[indent]Огрон медленно приближается к фее природы, желая сократить расстояние между ними и обеспечить себя возможностью атаковать ее физически. И мысленно трижды проклинал чертов беливикс, как и себя — за то, что не предотвратил этот кошмар. Он вяло оправдывал себя тем, что прежде ничего подобного не случалось, и о существовании таких необычных сил он не имел ни малейшего представления. Волшебство земных фей было куда более примитивным, и к нему у охотника давно выработался своеобразный иммунитет. Но сила феи, берущаяся от веры в нее людей — это что-то новое. И непредвиденное. Очень быстро маги Черного Круга оказались в меньшинстве, вынужденные бороться одновременно с шестью довольно сильными феями и их почти бесполезными, но очень назойливыми парнями. Последней каплей стало опустошение темницы Тир Нан Ога — когда перевес в сторону светлой магии стал просто критическим. Охотники боролись с земными волшебницами постепенно, аккуратно и изящно, но вступать в битву трое против десятков — откровенный перебор. Огрон прекрасно понимал, что в открытом сражении их просто размажут и не вспомнят, и потому надеялся использовать последнюю лазейку — шантаж и манипуляция на чувствах. Если Флора окажется в смертельной опасности, волшебницы Винкс сами заткнут всех земных фей и отправят пинком на их засраный остров, чтобы ни одна фея войны не совершила ни одного необдуманного поступка, который мог бы привести к гибели Флоры. Винкс, на правах сильнейших, управляли этим движением, а путь к их ликвидации был чрезвычайно прост.
[indent]Но это, конечно, если его расчет на сентиментальность и обязательность Флоры оправдается. Если волшебница решит пойти в атаку и начнет сопротивляться, время, которое будет потрачено на ее обезвреживание, станет последней точкой в истории магов Черного Круга, потому что бежать потом будет совершенно бессмысленно. Их догонят, и смерть будет очень, очень болезненной.

+1

7

Флора вздрогнула, как от удара электрического разряда. Неожиданная новость о данной ей обещании, запутала волшебницу. Фея природы понятие не имела, о чём говорил маг, и от этого начала испытывать чувство стыда. — какое обещание? — взволнованно она спросила сама себя, но не смогла найти ответа в закоулках памяти. — Кажется, я давала всего одно обещание… и оно было иного характера. Или не одно? — Чёрный маг с такой уверенностью заявил, что, посеял сомнения у волшебницы. Девушка беспомощно пыталась вспомнить, но ничего на ум не приходило. Как могла она забыть о данном Огрону обещании? Обычно фея природы запоминает все свои обещания, боясь потерять веру людей (в особенности близких людей) в себя. — Может он просто что-то путает? — Ей бы так хотелось ответить себе “да”, но сомнения продолжали грызть её совесть. Усугублял ситуацию ещё тот факт, что маги Чёрного Круга, были необщительны. Если бы Огрон много общался со своими феями защитницами, то можно было бы предположить, что такое ему могла пообщать Муза, допустим. Или ещё кто-то… Однако, колдун со всеми обычно перекидывался только парой слов, лишь с хранительницей Линфеи у него была длительная беседа. — А если не путает? — Девушка взволнованно снова начала напрягать память... Где она обещала любой ценой защищать лидера магов Чёрного Круга, не смотря на все его попытки ликвидации всех Земных фей и прочих на тот момент ещё не совершенных преступлений. Но ничего подобного волшебница не смогла припомнить. Колдун ничего не говорил о своих чёрных намерениях. Да и как она смела обещать защиту убийце? Очень странное и сомнительное заявление мага. Если бы охотник на фей заговорил о нечто подобном, фея природы попыталась бы его отговорить всеми силами. А не клясться стать для него щитом от всех бед, после очередной попытки убийства Земных фей. Но, почему он так уверен в своём заявлении?
Лицо хранительницы Линфеи покосилось, от напоминания.. Теперь Флора точно понимала, о каком обещании говорил чернокнижник. Да, разумеется она хорошо помнила тот вечер, который провела с лидером магов Чёрного Круга. Он был столь легким и мелодичным, что волшебница невольно позабыла о том, что они были врагами когда-то, не подозревая, что станут ими вновь. Воспоминания о том вечере, приятно отпечатались в памяти. Ароматный любимый чай. Разговоры о мечтах и интересах, увлекательные истории из жизни. Посиделки до самой ночи, и позднее. Время неожиданно ускользнуло от них.
– Ты смеёшься надо мной? — А словах скрывалась неподдельная обида. — За кого ты меня держишь? За круглую дуру? — Лидер магов Чёрного Круга улыбнулся так, что его улыбка напоминала скорее больше насмешку, словно Огрон прочёл мысли волшебницы и ответил ей на тем самым на вопрос. От этого стало ещё обидней. Неужели тот вечер был ложью? Все о чем он говорили было игрой? Эти мысли так сильно задели фею природы, что она не на шутку разозлилась.
С начала Огрон показался таким ранимым и уязвимым, что Флора прониклась его болью и искренни пожалела колдуна. Именно тогда девушка пообещала повлиять всеми силами на решение суда Земных фей. И это обещание фея природы намеривалась выполнить. Волшебница поговорила с подругами о том, что на суде следует защищать колдунов, ибо они задались, признав свои ошибки и отказавшись от своей магии. Да и для суда она подготовила целую речь в защищу магов, что должна была тронуть сердца фей войны, и склонить чащу весов в сторону оправдательного вердикта. И эта речь, у неё была с собой написанная на листке, в кармане, на случай, если волшебница перенервничает и забудет слова.
— Я не обещала тебе защиту в том случае, если ты нападешь на моих друзей и снова попытаешься убить всех фей! Я обещала сделать все, что спасёт жизнь твою и твоих друзей на суде Земных фей. — хранительница Линфеи с такой злостью и обидой произнесла, что самой стало страшно.
Флора всегда старался избегать открытых конфликтов. Фея природы боялась агрессии и большого внимания к себе. И уж тем более очень боялась громких конфликтов, о которых все бы говорили. В такие моменты, волшебница предпочла бы спрятаться в самом темном местечке магической вселенной, где бы её точно не нашел бы никто. В спорах и конфликтах, девушка предпочитала идти на компромисс, что бы решить тот или иной вопрос мирно. Так было всегда. Хранительница Линфеи не любила вынужденное насилие. Волшебница всегда мечтала быть сильной феей не для того, что бы сражаться с кем либо, а для того что бы помогать всем нуждающимся. И не важно, кому именно. Простым людям, животным, или растениям. Она просто хотела нести мир и добро всем, кто этого хотел.

— Ты солгал мне, Огрон! И сейчас лапшу на уши вешаешь. — Обида исходила из самого сердца. — Ты говорил, что переживаешь за своего друга. Но на самом деле просто пользовался моим доверием.

Лидер магов Чёрного Круга был из числа тех людей, которых фея природы боялась. Флора скромная и застенчивая, она не знала, как вести себя столь наглыми и бескомпромиссным людьми. От таких фея всегда предпочитала держаться как можно дальше, потому что знала, что противостоять им не могла. Если наглецы не причиняли физическую боль, она даже не могла себе позволить атаковать первой. Всё что фея могла, это сделать недовольное лицо и прокомментировать происходящее. И то, даже этот максимум уменьшается, от уровня наглости оппонента. Чем наглее он, тем меньше волшебница могла ответить ему.

— Тогда ты выглядел милым и таким несчастным. Но это лишь очередная маска, которые ты меняешь исходя из ситуации. Ведь верно? — Фея возмущенно задала вопрос, и оглянулась в сторону  тоннеля, откуда должны были прилететь остальные Винкс.

+1

8

[indent] Тянуть время Огрон категорически не умел; впрочем, прежде ему ни разу не приходилось оказываться в ситуации, когда от этого таланта зависела бы его жизнь. Собраться в критический момент оказалось... слишком сложно. И Огрон отпустил самого себя, действуя так, как ему хочется. По настроению Флоры, которая, вероятно, и не думала отступать, маг понял, что искать поддержки и спасения у нее не имеет совершенно никакого смысла. Даже самая добрая и сочувствующая волшебница отвернулась от него, лишив всякого шанса на легкое выживание, и напоследок Огрон желал бы отыграться. Раз уж ему суждено погибнуть в холодном лабиринте измерения Омега, он сделает свои последние мгновения максимально наполненными чужой болью.
[indent]— Просто признай, Флора, что ты безответственная лгунья. Ты не ставила мне никаких условий. Я думал, для тебя что-то значил тот вечер, который мы провели с тобой вместе. Жаль, видимо, я в очередной раз ошибся. Феи все одинаковые, и ты не стала счастливым исключением из этого правила.
[indent]Огрон намеренно провоцирует Флору, подбирая такие слова, чтобы задеть чувства волшебницы. Маг знает, как девушка всем сердцем болеет за правду, и такие наглые обвинения непременно взбесят уравновешенную фею. Охотник хочет проверить, опытным путем нащупать тот предел, перешагнув который он разбудит дикую фурию, что, по его мнению, непременно живет в каждой особи женского пола, даже самой невинной и кроткой. Его пренебрежительное отношение к женщинам в целом не позволяло ему мыслить дальше принятых рамок, где отрицалась любая индивидуальность характеров. Огрон относился ко всем одинаково плохо, с недоверием и раздражением.
[indent]— И не смей даже заикаться про Думана, маленькая грязная шкура, — маг буквально прошипел эти оскорбления, словно рассерженная змея. Он продолжал сокращать расстояние между собой и волшебницей, имея вполне четкое намерение атаковать ее до того, как она сама развяжет бой. А на открытый конфликт Флоре просто не хватит смелости; об этом фея природы сама как-то поведала Огрону в середине их личного диалога, и охотник не побрезговал воспользоваться этой подсказкой. В конце концов, он же не тянул Хранительницу Линфеи за язык, но и не был уверен, что она не слукавила, рассказывая о своих проблемах. Девушки склонны преувеличивать свои слабости, чтобы манипулировать чувствами мужчин-«защитников», но Огрону хотелось верить, что это как раз счастливый не тот случай.
[indent]— Маска, не маска — не твое собачье дело, дорогуша. Лезть мне в душу не надо, ты потеряешься в этом омуте и сойдешь с ума. Хочешь поспорить со мной — спорь силой. Один на один, без твоих тупых гламурных подружек. Если победа окажется за мной, ты дашь нам уйти живыми. Ну а если вдруг по какой-то чудовищной случайности победишь ты — мы прекратим бежать.
[indent]Маг нервно облизывает высохшие от волнения губы. Ему больше не было смысла притворяться миролюбивым; он понимал, что это его последний шанс. Честность в обществе фей все еще имела высшую ценность, и подобного рода договоренность могла стать единственной возможностью спасения для загнанных в угол охотников на фей. Проигрыш означал бы только конец бессмысленного побега: Огрон прекрасно понимал, что феи неминуемо настигнут их, и тогда позорная гибель станет всего лишь вопросом времени. Испытывать удачу маг, тем не менее, любил.
[indent]— Ты же уверена в своих волшебных цветочках, садовница? Покажи, на что ты способна, если ты еще можешь сражаться. Или дрожишь ты вовсе не от холода, а от страха? Вместе-то вы сильны, а в одиночку отсасываете не хуже портовых шлюх. Иначе чего вы так боитесь летать по одной? — охотник тихо смеется, полагая, что его ядовитая провокация послужит так, как надо. Он совершенно более не сдерживал желчь внутри себя, копящуюся так стремительно на волшебном допинге в форме катастрофически сильного чувства тревожности, буквально съедающего его.
[indent]Тем не менее, Огрон усиленно убеждал самого себя в том, что Флора — слабейшая из волшебниц Винкс — ему совершенно не противник. Как минимум, за его плечами был многолетний опыт сражения с феями, борьба с целыми группами врагов, имевших силы самой разнообразной природы, и определенный выработанный с десятилетиями навык. Цветочная фея же, по большому счету, только вчера еще ползала по полу и лизала ножки стульев — это в сравнении с возрастом Огрона, повидавшего смены нескольких эпох на своей планете. Здравый смысл и уверенность в себе позволяли магу самонадеянно думать, что победа уже в его кармане, а простейшая провокация обеспечит этой самой победой выполнение выгодного магу договора. Вариант отказа охотник на фей почему-то даже не рассматривал.

+1

9

В душе всё болезненно сжалось. «Безответственная лгунья», «я думал, для тебя что-то значил тот вечер», «очередной раз ошибся»... Почему-то это слова причиняли ей неописуемую боль. Никто прежде не назвал её лгуньей, потому, что фея природы старалась не лгать никому, даже самой себе. Разумеется, нельзя сказать, что этого никогда не было, хранительница Линфеи не святая, всякие ситуации бывали. Даже в той же школе Алфеи, когда они претворялись заболевшими,Но фея природы всегда стремилась становиться лучше чем она есть. Не казаться, а именно становиться лучше. Делать больше, чем от неё требуется. Помогать родителям, без их прямой просьбы. Не просто делать домашние задания, а читать наперёд, подготавливаясь к следующей теме. Старалась поддерживать тех, кто нуждался в этом, сопереживая их боли, даже если дело касалось растений.
Наверно, Флоре было столь больно слышать эти слова в свой адрес, потому, что она боялась быть таковой. Бессовестной лгуньей, которой плевать на чужие чувства и свои обещания. Страх ловко схватил волшебницу за горло, и начал душить, не давая ей опомниться. Умом хранительница Линфеи понимала, что ни в чём не виновата перед колдуном. Огрон первый прервал перемирие, напав на Земных фей. Не говоря уже о том, что он повинен в смерти её друга, но на глазах почему-то едва не выступали слёзы.

— Ты первый развязал войну, Огрон. Не феи Земли на тебя напали, а ты на них. — Хрепя произносит фея Беливикса. — Кроме того, ты забрал у Лейлы дар Смерти, который мог бы вернуть нам нашего друга Набу. — Флора говорила довольно тихо, боясь спровоцировать собственные слезы. — Я сказала, что буду защищать тебя на суде. И я была готова это делать. — Девушка не задумывалась перед кем она всё же оправдывалась. Перед собой, или же перед лидером магов Чёрного Круга. — Так, что прекрати винить меня в том, в чём я не виновата.

От оскорблений хранительница Линфеии сжалась, как от ударов. Она не знала, как возразить, и имеет ли на это право. Мысленно молодая учительница оказалась в том самом злосчастном дне, когда позволила себе открыться врагу. Много было слов в тот вечер сказано, и эмоции были разнообразными. Но что из этого всего было правдой, а что ложью? Переживал ли в самом деле Огрон за своего подчиненного, или это была очередная игра. Сложный вопрос, на который фея природы всё никак не могла дать ответ. Он в самом деле выглядел напуганным и взволнованным… но было ли это из-за анимага, или же из-за причина не в нём?

— Мне жаль, что… ты потерял друга… — Флора взволнованно прикусила нижнюю губу, ей было тяжело говорить на темы горьких утрат.  Фея природы сама не успела оплакать Набу, окончательно. До сих пор в это было словно в это поверить… ещё вчера, в это время он был жив, здоров, а сейчас его уже нет… Это казалось какой-то дикостью. — Я… правда… соболезную. — Фея природы отводит взгяд, ей было тяжело смотреть на колдуна в этот момент. — И я правда хотела вам помочь. — Хранительница Линфеии превращаться обратно.

Волшебница почувствовала объятия мороза сразу, после того, как обратилась. Флора была одета, мягко говоря не по погоде. Винкс отправились из теплой школы Алфеи на остров Земных фей. А Тир Нан Ог располагался в тёплой климатической зоне. Феи Винкс и подумать не могли, что могут оказаться в измерении Омега. Соответственно, они не драли с собой теплых вещей и не надевали их.
Дрожа от холода, Флора начала искать свою шпаргалку с речью, что была спрятана на всякий случай в одном из маленьких кармашков. Девушка буквально путалась в собственных пальцах, которые немели от холода, но всё же отыскала листок, сложенный в множество раз. Развернув не до конца, свою подготовленную речь, хранительница Линфеи подошла ближе к колдуну и протянула его Огрону.

— Вот, возьми, и ты сам убедишься, что я не вру… я готовилась вас защищать на суде. И Винкс уговорила заступиться за вас… а вы… — Флора обиженно отвела взгляд, не переставая дрожать от холода. — а вы обманули меня и приготовили ловушку для фей. — Слова феи природы были пропитаны обидой.

— Ты же уверена в своих волшебных цветочках, садовница? Покажи, на что ты способна, если ты еще можешь сражаться. Или дрожишь ты вовсе не от холода, а от страха? Вместе-то вы сильны, а в одиночку отсасываете не хуже портовых шлюх. Иначе чего вы так боитесь летать по одной? — Хранительница Линфеи была пацифисткой, однако даже её задели и разозлили слова мага Чёрного Круга, что злость, фея  беливикса не смогла бы скрыть, при всём своём желании, а его у неё не было.

Флора не особо любила уроки истории. Её сердце куда больше будоражило от уроков ботаники, литературы и магических искусств. Однако, это вовсе не означало, что фея плохо знала историю. Самая старательная ученица Алфеи просто не могла не знать, что прежде так решались множество военных споров. Лучший воин с одной стороны,  против лучшего воина другой стороны. Это позволяло решить конфликты малыми потерями и достаточно быстро. Однако.. Если Огрон в самом деле являлся сильнейшим из магов Чёрного Круга, то Флора не могла сказать такого о себе. Она не сильнейшая, сильнейшая среди них — Блум, фея огня дракона. Принцесса Домино, несло в себя пламя существа, который зародил жизнь в магической вселенной. В том, что рыжая волшебница была сильнейшей, ни у кого не вызывало никаких сомнений. Однако, Хранительница Спаркса была довольно далеко на данный момент, для что бы спорить по поводу кандидата спарринга.

— Я не боюсь тебя, и принимаю твой вызов. — Тело волшебницы окутывает волшебство беливинса, наполняющее девушку магической энергией. Флоре вновь становиться теплее, и учительница с облегчением выдыхает. — Если выйграю я, то вы немедленно сдадитесь правосудию, и понесете достойное наказание за ваши преступления.

+1

10

[indent]От отчания маг не знал, куда ему деваться. Если бы у него была возможность пройти сквозь ледяные стены лабиринтов Омеги или, хотя бы, провалиться под снежный пол — он не преминул бы ей воспользоваться. Всякая альтернатива открытому бою сейчас была бы предпочительнее в разы, но показывать этого Огрон не имел никакого права. Он делал все хуже и хуже своей несдержанностью, но остановить поток оскорблений был не в силах. От собственной беспомощности он начинал злиться все сильнее и сильнее, и под раздачу попала фея природы, которая в принципе ни в чем виновата и не была.
[indent]Огрон прекрасно понимал, что волшебница не была ничем ему обязана. Наверное, он должен был сказать ей «спасибо» за то, что она не начала атаковать его сразу, и, вроде бы, даже не собиралась делать этого сейчас. Маг немного растерялся, когда Флора предстала в своем обыкновенном облике перед ним. Неужели фея настолько сильно доверяла своему противнику? Она была такой беззащитной, дрожащей от холода, не имевшей ни единого шанса защититься от него в этот момент — и почему-то в его голове даже не возникла идея воспользоваться такой удобной ситуацией. Он терпеливо ждал, пока трясущейся рукой, покрасневшей на морозе, она достанет из кармана смятую бумажку с написанным от руки текстом, и протянет ему.
[indent]— Вот, возьми, и ты сам убедишься, что я не вру… — с этими словами Флора отдает Огрону листок, и маг бегло пробегается глазами по написанному. От немного нелепых, но довольно искренних аргументов, маленьких дополнений и рисунков на полях магу стало немного спокойнее.
[indent]Он не помнил, когда последний раз кто-тог заступался за него. Сколько он знал себя, ему всегда приходилось самому защищать свои интересы. Всем остальным попросту было плевать на них. Даже тем, кто приходился ему ближайшей семьей, важнее оказалось скорее утопить Огрона в новых проблемах, нежели помочь разобраться со старыми. Отец испытывал какое-то садистское удовольствие, наблюдая, как его наследник разрывается между множеством дел одновременно, пытаясь соответствовать выдуманному идеалу — и при этом он однозначно знал, что Огрон никогда этого не добьется. Ему просто нравилось смотреть, как он совершенно зря пытается, выбиваясь из сил ради ничего. И если даже самые близкие люди относились к нему таким скотским образом, стоило ли ожидать, что чужаки, испытывающие вполне оправданное равнодушие, обращались бы с Огроном иначе?
[indent]— Надо же, — только и смог произнести охотник на фей, аккуратно складывая листок. Машинально он кладет его в задний карман, куда всегда отправляются вещи, которые надо когда-нибудь вытащить и куда-нибудь сложить. — Это даже трогательно. Я серьезно. Не думал, что ты действительно попытаешься сделать что-то для меня. Мы с тобой знакомы-то... Не первый день, конечно. Но, мне кажется, по-настоящему общались от силы вот один вечер. Я и не предполагал, что для кого-то этого может быть достаточно.
[indent]Примерно таким образом Огрон хотел сказать, что благодарен волшебнице за заботу, которую она проявить, конечно, не успела, но совсем не по своей вине. Тот факт, что она в принципе на полном серьезе собиралась отстаивать относительную свободу для магов Черного Круга, уже прибавляло ей чести в глазах Огрона. Но он совершенно не умел проявлять свою благодарность; прежде ему вообще не приходилось этого делать, поскольку все хорошее, что случалось в его жизни, было добыто (буквально выцарапано) собственными руками. Никому не приходило в голову даже пальцем о палец ударить в его пользу, и потому он даже не допускал мысли, что такое может свершиться. Но вот, и в его тысячелетии происходят крайне удивительные события. Не будь он при этом в шаге от своей смерти, он бы даже смог отреагировать как-то более радостно, нежели выдавить из себя легкую улыбку, больше грустную — отпечаток не особо приятных обстоятельств вокруг такого значимого действия.
[indent]Однако, этому тоже пришел конец. Даже быстрее, чем предполагал Огрон, потому что миролюбивая волшебница отреагировала крайне быстро и остро на его дерзкую провокацию, снова призвав свое волшебство беливикса. От резко увеличевшейся концентрации позитивного волшебства в узком пространстве Огрону стало немного дурно, и он даже сделал шаг назад, как предусмотрительный аллергик, увидевший опасные для него цветы.
[indent]— А что ты теперь считаешь достойным наказанием для нас? — интересуется маг, немного оттягивая начало боя. Он пытается прочувствовать магическое поле волшебницы, прикидывая свои шансы одолеть ее в битве один на один. Телепатически Огрон приказывает остальным охотникам оставаться на своих местах и не вмешиваться в конфликт. Впервые в жизни он достаточно уважает противницу перед ним, чтобы принимать честный поединок (либо не принимать вообще). Если до того, как он убедился в искренности ее намерений, Огрону было немного плевать, загасят ли они ее толпой — то сейчас он просто не мог заставить себя опуститься настолько низко, чтобы ответить на инфантильное благородство такой подлостью. Хоть рыцарем он и не был, но какие-то понятия о чести у него все-таки имелись. Однако, беглого взгляда на Анагана и Гантлоса хватает, чтобы понять: на них вообще не было бы никакой надежды. Они были смертельно напуганы и выглядели настолько ослабленными и уставшими, что даже прикажи Огрон им присоединиться к бою, едва ли маги смогли бы это сделать. Положение охотников на фей было катастрофическим, и от успешной дипломатии сейчай зависело чуть ли не все. К сожалению, договариваться Огрон не умел.

+1

11

Фея природы несколько растаяла, когда услышала благодарность в свой адрес. Конечно всё должно было быть не так. Для начала, должен был состояться суд, затем она должна была сдержать своё обещание, а уж потом благодарность за помощь. Примерно так Флора представляла события, которым не суждено было свершиться. Девушки было  больно принять, что её так просто предали.. однако, стало как-то неожиданно приятно, что её труды, всё-таки оценили в конечном итоге. Волшебница невольно улыбнулась. Всю эту работу, она проделала не ради благодарности, которая всегда была согревающий душу дополнением к положительному результату, в первую очередь она это делала для человека.

Окутывающее волшебство Беливикса, вновь согревало девушку в холодном лабиринте измерения Омеги. Хранительница Линфеи невольно улыбнулась, ощутив себя более менее в тепле и безопасности. Почему-то фея природы доверяла своему оппоненту, и была уверена в том, что он не станет атаковать её исподтишка. Откуда-то вновь распустилась надежда на человечность Огрона, и сопротивляться этому чувству Флора не могла и не хотела.

— А что ты теперь считаешь достойным наказанием для нас? — Задал вопрос лидер магов чёрного круга, на который волшебница никак не могла дать ответа. Хранительница Линфеи задумчиво смотрела в сторону размышляла про себя, и наконец ответила.

— Не знаю… я не судья… — Девушка растерянно пожала плечами. — Я и судить не могу. Просто, но оставаться в стороне, когда я вижу, как торжествует зло, тоже не могу. Поэтому я и вмешиваюсь в конфликты между добром и злом… Не потому, что люблю сражаться, а потому, что не люблю, когда обижают слабых. — Флора растерянно посмотрела на каждого из магов. Она ведь за них тоже вступилась, и что бы не выглядело так, словно она считает магов Чёрного Круга слабыми, волшебница добавила: — И когда торжествует несправедливость, тоже стоять в стороне не могу. — однозначного ответа хранительница Линфеи так и не смогла дать. — А ты… какое бы себе наказание выбрал бы? Как думаешь, чего ты заслужил? — Волшебница сама не ожидала, что задаст этот вопрос, но ей в самом деле было очень интересно узнать на него ответ.

+1

12

[indent]Ему определенно не хватало выдержки и некоторых навыков общения, чтобы сохранять спокойствие и не вредить самому себе собственной же вспыльчивостью. Однако, слова феи сильно задели его. Огрон сомневался, что она делала это намеренно — волшебница, стоящая перед ним, не отличалась токсичностью своих земных подруг, и потому маг даже не подумал, что ее слова были какой-то провокацией. Нет, отнюдь; Флора просто говорила то, что на самом деле думала, и вот образ ее мысли как раз взбесил охотника на фей.

[indent]— Ты кроме черного и белого еще хоть что-то видишь? — Огрон раздраженно обрывает волшебницу, не давая ей толком спокойно закончить мысль. — Добро, зло... Вы что, в этом так хорошо разбираетесь? Волшебницы Винкс, такие мстители с крыльями — вы на самом деле ловите кайф от того, что лезете не в свое дело и наводите то, что вы почему-то считаете порядком? Много сотен лет идет наш конфликт прекрасно и без вашего участия. Кем вы возомнили себя? Лигой справедливости? Кто просил вас влезать в нашу жизнь? Земля много лет справляется без вмешательства всяких фриков из магического измерения. Сидели бы в своем гребанном Хогвартсе и учились дальше; кто просил вас, не разобравшись, вмешиваться в войну, к который вы не имели никакого отношения?

[indent]Огрон переводит дыхание. Он понимает, что ему следовало бы замолчать, но напряжение, скопившееся в нем за последние дни, когда он явно ощущал, как его судьба зависит от множества факторов, на которые он не имел возможности повлиять, буквально требовало высвобождения.

[indent]— Как же вы определили, на чьей стороне справедливость? Вы об этой войне узнали от силы пару месяцев назад и, по-моему, даже не сомневались в выборе. Мне даже кажется, вы не особо и разбирались в истоках конфликта. Что вы вообще о нас знаете? О земных феях? Или ваша вот эта фейская солидарность теперь превыше здравого смысла и той справедливости, о которой ты тут с такой легкостью вещаешь?

[indent]Маг отходит назад, понимая, что сейчас сам может довести себя до того, что на эмоциях ударит фею, разрушив такой хрупкий нейтралитет между ними, спасающий жизнь всем охотникам прямо сейчас. В принципе, он предполагал, что волшебницы Винкс были крайне поверхностно осведомлены о том, куда они, собственно, лезли. Иного от школьниц, еще только одной ногой неуверенно перешагнувших рубеж совершеннолетия, Огрон и не ожидал, но все равно взбесился. Его буквально трясло от осознания, что какие-то выскочки из магического измерения разрушили дело всей его долгой жизни, потому что им этого захотелось. Они вдруг решили, что могут вмешиваться не в свою историю и не в свое дело (ведь их-то, рожденных не на Земле, никаким боком не касался вопрос дележки власти на чужой для них планете).

[indent]— Я заслужил власти, а не наказания. Она положена мне по праву моего рода. Пусть феи сидят на своем ублюдском острове и строят свой матриархат там же. Но владения людей должны принадлежать людям. Хочешь сказать, это не справедливо?

+1


Вы здесь » KINGSCROSS » Внутрифандом » can't commit to anything but a crime