ваши проводники: Ogron, Diana, Mera, Lara

KINGSCROSS

Объявление

Рейтинг форумов Forum-top.ru

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » KINGSCROSS » Внутрифандом » insanity is all around us


insanity is all around us

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

http://s7.uploads.ru/rg8Ut.gif  http://s9.uploads.ru/OuZ48.gif
http://sh.uploads.ru/mrLx8.gif  http://s8.uploads.ru/yKbpU.gif
http://sd.uploads.ru/zx0BT.gif  http://s7.uploads.ru/Z5zGl.gif

- - - - - - - - - - - - -- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -

МЕСТО И ВРЕМЯ: покои Дарклинга, полночь ;

УЧАСТНИКИ: Alina Starkova vs Aleksander Morozov ;

О П И С А Н И Е
Равновесие неизбежно должно было восторжествовать.
Алина была рождена для того, чтобы стать балансом для Дарклинга, а он просто не мог удержаться. Они действительно созданы друг для друга.
Вот только между ними сотни тысяч жизней, между ними сотни лет опыта.
Александр слишком погряз в собственной тьме.. или все-таки нет?
Алина была коронована, как равная ему, но он продолжил пренебрегать ее мнением.
С подобным Старкова не готова мириться.
И возможно, она выбрала не самое удачное время, чтобы нанести ему визит.
Или же наоборот?

+2

2

http://s3.uploads.ru/9g3bH.png

Я устало опускаюсь в кресло, устремляя невидящий взгляд на очередные отчеты с фьерданской границы, доставленные лишь около получаса назад. Потираю переносицу и негромко выдыхаю, подцепляя листы бумаги и борясь с неожиданным желанием отправить их в догорающее пламя камина, отбрасывающего теплые блики на погруженную во тьму комнату. Время едва достигло полуночи. Еще один день окончился, и еще один начался в бесконечной веренице точно таких же. Раньше бывали такие дни, когда я мечтал о том, когда все это уже кончится. Сейчас же все наконец обретало новый смысл.

Со дня коронации прошло едва ли больше пары недель. Не стоит уточнять, что далеко не все были рады подобному повороту событий, но умные люди предпочли проглотить свое важное мнение и склонить свои головы в знак признания, принимая неотвратимую правду новой эры правления. Глупцы решили бежать в надежде найти пристанище в других местах, подальше от моих глаз. К моему приятному удивлению, множество гришей, захваченных мной при штурме дворца и весьма успешно использованных в качестве разменной монеты в переговорах с моей маленькой святой, решили остаться в стенах Малого Дворца. Я предоставил им вполне справедливый выбор — остаться и строить великое будущее, в котором гришам не придется прятаться по углам, бесконечно борясь за свое существование, или бежать и искать свое место где-то еще, вечно оглядываясь через плечо. Мир не особо ласков в к гришам. Постукиваю пальцами по подлокотнику кресла, тщетно раз за разом пробегаясь взглядом по первым строкам отчета и не разбирая ни единого слова. Скоро все изменится.

Мои люди старательно искали следы Ланцовых, и поговаривали о том, что их якобы замечали на фьерданской границе. Верилось в это с трудом, но в своем рвении мальчишка вполне мог обратиться к стране, в которой гришей сжигали забавы ради. Его возвращение в Ос Альту было делом времени, и во что бы то ни стало я стремился его опередить. В этой партии было просто необходимо находиться на шаг впереди. А еще щенок зачем-то утащил с собой во время эвакуации мою мать. Святые знают, что между нами очень странные и не подвластные умам обычных смертных отношения, но это не означает, что меня не беспокоила эта ситуация. Она единственная знала меня всего, была рядом во все времена и не бросала в моих странствиях, по какой-то причине предпочитая держаться рядом. Вряд ли причиной была любовь, это чувство давно иссохло в наших сердцах. Полагаю, мать надеялась, что у нее получится держать меня в руках. Нелепо. Но теперь Ланцов, как минимум, мог использовать ее близость ко мне в качестве рычага, о других возможностях развития событий думать и вовсе не хотелось, иначе тьма начинала медленно сгущаться в углах комнаты, желая найти свою цель.

Вытягиваю ноги и скрещиваю их в лодыжках, позволяя глазам закрыться лишь на короткое мгновение. Дворец был погружен в умиротворенную тишину. Единственными звуками были потрескивание огня в камине и мое дыхание. Мне нравилась тишина ночи, я чувствовал себя увереннее и сильнее во тьме. Под покровом ночи люди переставали носить маски, считая, что никто их не видит и не слышит. Завораживающе и увлекательно. Я позволяю теням скользнуть между моих пальцев, словно это ласковое существо, а не могущественный сгусток силы.

Негромкий вздох слетает с губ, когда мысли невольно вновь возвращаются к единственному лучу в этой темноте. Алина не разговаривала со мной. Мы обсуждали государственные дела за общим столом, перекидывались парой дежурных фраз то тут, то там, но все остальное время она меня подчеркнуто не замечала, и это выводило из себя. Казалось бы, вот она здесь, наконец-то со мной, но при этом между нами какая-то непреодолимая бездна. Сначала меня все более чем устраивало. Она была со мной. Она носила корону и была как никогда великолепна. Со временем.. со временем она потеплеет. У нее не будет выбора. Первые дни после нападения Алина вообще предпочитала не выходить из своих покоев, словно бы это что-то изменило. Теперь, правда, ко всему прочему она еще и злилась, что я не принимал ее предложения. Кажется, она наивно полагала, что войну можно остановить так просто, махнув ее тонкой бледной рукой. Что ее вообще можно остановить. Я честно ее слушал и слышал, но не мог принимать ее предложения. Она станет великой королевой, такой, какой Равка еще не знала, и какой она заслуживает. Однако для этого нужно время. Сейчас она еще полна тех наивных надежд в лучшее светлое будущее, в котором все можно решить лишь словами. Я не знаю, как объяснить ей, что война - это неотъемлемый атрибут развития и эволюции. Особенно учитывая, что она не разговаривает со мной. Невольно фыркаю в ответ на собственные мысли и сжимаю пальцы в кулак, рассеивая сгусток тьмы, затем их расслабляя и вновь опуская на подлокотник кресла.

Негромкий стук в дверь отвлекает меня от бесцельного созерцания догорающего пламени в камине. Мне не нужно угадывать, Арсений и Петр, мои новые личные охранники, по моему приказу в такой час могли пропустить лишь одного человека. Что-то внутри нетерпеливо шевелится. Когда она входит, я чувствую ее неуверенность.

- Моя Sol Koroleva, - мой голос ровный и не выражающий лишних эмоций, я не изменяю свою позицию и даже не удостаиваю взглядом, хотя все во мне рвется сделать прямо противоположное, - я ожидал тебя еще два дня назад, но ты всегда находишь способ меня удивить.

+1

3

Золотая корона сдавливает виски, а я чувствую себя предательницей, когда склоняюсь в полупоклоне перед Дарклингом, позволяя водрузить ее на мою голову и ощущаю ее вес. Я так долго боролась с ним, но не могла допустить ещё больших потерь. Гриши слишком долго жили в страхе за свои жизни, подавляли свою сущность, и если ради безопасного будущего своих людей я должна в буквальном смысле продать душу дьяволу, я готова это сделать.

Всё оказалось гораздо хуже, чем я думала.

Чувствую себя птицей в золотой клетке. Мои покои были перемещены в Большой дворец, хотя я бы предпочла свою старую комнату. Моя охрана состояла исключительно из людей Дарклинга, он бы не допустил рядом со мной никого из тех, кто хоть на сотую процента лоялен мне. Я не могла покидать пределы дворца в одиночку, всегда сопровождемая тенью хотя бы одного из опричников. Впрочем, они никогда не заговаривали со мной и всегда держались на почтительном расстоянии, которое впрочем не оставляло простора для глупостей. Иногда я ловила себя на мысли, что предпочла бы даже и их компанию. Всё, что угодно, лишь бы не молчание.

Я все никак не могу привыкнуть к своему отражению. Когда-то орехово-каштановые, а сейчас белоснежно-белые, мои волосы делали и без того тёмные круги под глазами ещё заметнее, несмотря на то, что я регулярно использовала свои способности, мне никогда не стать хотя бы вполовину такой же прекрасной, как Женя или даже Зоя. Впрочем, может быть дело в том, что я не помню, когда последний раз спала больше трех часов за ночь без постоянных кошмаров. Ночь дня рождения Николая я никогда забыть не смогу. К счастью, никто серьёзно не пострадал - ничего из того с чем не справились бы целители. Но их крики, святые, их крики, когда ничегои Дарклинга впивались когтями и зубами в их плоть. Они преследуют меня ночами.

И я искренне хочу ненавидеть Дарклинга, всей душой, всем своим естеством. Но не могу, просто не получается.

Ведь я выбрала его сама, по собственной воле. Просто не могла допустить, чтобы кто-то еще пострадал. Не из-за меня. И я искренне надеялась, что действильно могу изменить положение дел в стране. Вот только я была не более, чем украшением, красивой куклой, которая нужна была Дарклингу, чтобы держать в узде вторую армию и моих последователей. К сожалению, я прекрасно осознавала, что не всех устраивало такое положение дел. Хотя большинство гриш остались с нами во дворце, кто-то успел сбежать до того, как мы заключили с Дарклингом сделку. Николай вернётся, это лишь вопрос времени, если не за троном, то за мной. Я слишком хорошо знала этого упрямого хитрого лиса. И хотя сама мысль о том, что он придёт за мной, приятно грела душу, я также совершенно ясно понимала, что это будет последнее, что он сделает в жизни - Дарклинг не раздумывая его убьёт, ему не нужен мятежный наследник престола. Ему вообще не нужны конкуренты. Я надеялась, что Ланцов одумается, когда услышит рассказ близнецов, что я добровольно сдалась, или после новости о коронации. Я не впервые ошибаюсь в людях. И это может стать очередной фатальной ошибкой. Мне нужно больше информации, чтобы действовать.

- Рада разочаровать тебя, - ничего не могу с собой поделать, мне хочется развести Дарклинга на эмоции. Во-первых, это очень любопытно и будоражит кровь, предполагаю, что я единственная оказываю на него подобное влияние. Во-вторых, мне надоело, что он смотрит на меня, как на неразумное дитя. Может быть, я действительно являюсь ребёнком в сравнении с ним - в конце концов у него за плечами сотни лет опыта, но это также и означает, что его сердце очерствело, слишком долго он был один. Он забыл, какого это - быть человеком. Чувствовать. Заботиться. Сопереживать. Но с другой стороны, он сам неустанно повторял, что я - единственная равная ему. Что я должна стать его балансом. Возможно, я должна заставить его вспомнить.

Я уже готовилась ко сну, отпустив своих служанок, я позволяла им только готовить меня к очередному дню - делать причёску, наносить макияж, помогать облачаться в причудливые платья - скучая по умелым рукам Жени; заканчивать же очередной день я предпочитала в одиночестве, не сдерживая слезы, когда эта мысль пришла мне в голову. Мне страшно представлять себя на его месте, если бы наши роли поменялись. А что, если я ошиблась? Ведь нам действительно было хорошо друг с другом. Почему-то рядом с Дарклингом я чувствовала себе на удивление спокойно и защищенно, мне хотелось больше улыбаться и видеть его улыбку; нравилось слушать его рассказы; нравилось просто смотреть на него; нравилось чувствовать себя красивой и желанной, когда он смотрел на меня. Он научил меня чувствовать себя значимой. Он заставил меня поверить, что я желанна. Я до сих пор храню между страницами книги, которую он мне и подарил, засушенный цветок из очередного букета, который мне присылали каждую неделю. Он запомнил, что я предпочитаю простые цветы, поэтому эта ромашка была мне дороже многих сокровищ. Возможно даже дороже усилителя, который теперь крепко обхватывал мою шею.

И теперь, это его проблема. Потому что я собираюсь потребовать то, что принадлежит мне по праву. Когда-то он сказал мне, что я должна стать его балансом - сделать его лучшим человеком. И раз он оказывается прислушиваться ко мне, возможно, это он должен сделать из меня лучшую версию. Поэтому я вытаскиваю из волос все держащие причёску шпильки, позволяя им рассыпаться по плечам и стягиваю с плеч плотную кефту, которая мешала мне нормально дышать весь день. Я остаюсь только в теплом хлопковом белом платье, отороченном чёрными и золотыми нитями. Поздняя осень в Равке всегда была прохладной.

Коридоры дворца были пусты в это время суток за исключением редких патрулирующих групп, которые я обманывала, отражая свет от себя. Фокус, которому я научилась во время своих странствий. Они не уделяли особого внимания дрожащему лунному свету, поэтому через несколько минут я уже оказалась перед покоями Дарклинга. Его опричники были более тренированые, поэтому я заставила свое тело расслабиться, выходя из тени. Если они и удивились, то не подали виду. Мне даже не пришлось отдавать никаких особых приказов, видимо Дарклинг заранее распорядился пускать меня вне зависимости от обстоятельств. И я не знала, что чувствовать по этому поводу.

В любом случае, через пару минут я уже осталась наедине с безэмоциональной дверью, набираясь храбрости постучать. Я прекрасно осозновала, что Дарклинг уже должен почувствовать меня, поэтому промедление выглядит глупо. На мгновение моя рука замерла над поверхностью двери, но я все нашла в себе силы, услышав ответ практически мгновенно. Он ждал меня, внутри у меня буквально все перевернулось.

- Я не твоя, - и хотя все моё существо противилось этим словам и отчаянно желало обратного, когда в голову некстати лезли отрывки прошлого, - я Равки, - загоняю чувства как можно глубже и упрямо продолжаю, поджимая губы.

- Ты получил все - страну, армию, корону... - на миг прикрываю глаза, делая судорожный вдох, - Меня! - мне приходится приложить усилия, чтобы не взмахнуть руками в раздражении, выставляя себя ещё более глупой перед ним. - А что получила я? - подхожу ещё ближе к креслу, где с достоинством особы королевской крови восседает Дарклинг, чуть наклоняя голову к плечу, - Изоляцию? Презрение моих друзей? Статус твоей покорной игрушки? - слишком много эмоций и мыслей у меня накопилось после коронации, мы едва перекидывались парой слов за все это время, в основном потому что я сама отказывалась с ним разговаривать. - Меня это не устраивает.

+1

4

Сильнее облокачиваюсь на один из подлокотников, негромко вздыхая и задумчиво проводя указательным пальцем по своим губам. Позволяю своему взгляду скользнуть снизу вверх по стройной девичьей фигуре, с каким-то особым удовольствием отмечая на ее платье свои цвета. Казалось бы, сущая мелочь, но что-то собственническое все равно приятно шевелится внутри. Мы не договаривались об этом, но и у нее, и у меня на одеждах появились цвета друг друга, как знак единства в глазах Равки, как молчаливое обещание чего-то только друг для друга.

- Ты противоречишь сама себе: сначала говоришь, что не моя, а затем, что я все-таки получил тебя. Разум так и не договорился с сердцем? - губы слегка искривляются в подобии усмешки. Ее заявления меня веселят, не могу не признать, но чтобы ее не расстроить еще сильнее я все же продолжаю сохранять абсолютное спокойствие, внимательно за ней наблюдая. В конце концов, я ожидал именно этой реакции. Что бы Алина ни думала, она была чуть более предсказуемой, чем ей бы хотелось. Хотя это не ее вина, за столетия учишься понимать намерения людей с одного взгляда.

С новым цветом волос она стала больше похожа на хрупкую невинную святую, а не на простую девчонку из приюта на окраине Равки. Мне нравились эти изменения, теперь мы выглядели еще более гармонично, как жаль, что эта идея принадлежит не мне. Самым удивительным было то, что при всей ее видимой хрупкости, в ней чувствовалась неугасаемая сила и новообретенное величие. Сейчас, во тьме, единственным источником света является огонь в камине, да пара свечей на столе, и Алина выглядит так, будто соткана из чистого золота. От этого перехватывало дыхание. Она была действительно прекрасна, и не в типичном понимании красоты, нет, не как Зоя или Женя, считавшиеся первыми красавицами двора, но она привлекала меня всем, как внешне, так и внутренне. Она была создана для меня, и где-то в глубине души она тоже это знала. Мы предначертаны друг для друга, и я не понимаю, зачем она так этому противится.

В конце концов, я не сдерживаюсь и одним резким движением поднимаюсь со своего кресла, оказываясь слишком близко к Алине, теперь смотря на нее сверху вниз. Мои пальцы легко касаются костяного ошейника, оплетающего ее тонкую шею, а затем скользят выше по ее нежной коже, пока не обхватывают острый подбородок, заставляя поднять ее голову и заглянуть в мои глаза. Меня раздирали крайне противоречивые желания.

- Я готов оставаться злодеем в твоей истории столько, сколько ты пожелаешь, Алина, но хочу напомнить, что этот путь ты выбрала сама, - мой негромкий голос не делает все сказанное менее резким. В следующее мгновение я медленно склоняюсь ближе, позволяя себе эту вольность, легко проводя губами по ее скуле, приближаясь к ее уху и, не скрывая самодовольства, горячим шепотом добавляя: - И если бы ты действительно была моей покорной игрушкой, то сейчас лежала бы обнаженной в моей постели и использовала бы свой сладкий голос для других целей. - Не скрываю несколько нахальной усмешки, когда отстраняюсь от нее и отступаю к своему столу. Несмотря на то, что теперь она была королевой всея Равки, а потенциально и гораздо больших земель, Алина все еще оставалась юной восемнадцатилетней девчонкой, только начинающей в полной мере осознавать свою неотразимую привлекательность и желанность. Мне нравилось это использовать, нравилось слышать ее невольные стоны и негромкие вздохи, нравилось чувствовать, как она реагировала на меня. Это было легко. С ней все ощущалось иначе, и мне приходилось использовать всю свою выдержку, накопленную за столетия, чтобы вовремя останавливать нас.

С тоской понимаю, что времена ее первого пребывания во дворце были значительно проще. И если бы не глупость моей собственной матери, то все могло бы быть иначе. С моих губ срывается негромкий вздох, когда я прислоняюсь бедрами к столу и скрещиваю руки на груди.

- Ты точно так же носишь корону и сидишь на троне, как и я, у тебя есть все те же права монарха, мы равны друг другу, поэтому страна, корона и армия тоже твои. Ты ожидала, что все внезапно начнут тебя слушаться, включая меня? - искренне вопросительно приподнимаю брови, но не с целью ее задеть или не в качестве насмешки. Если уж она начала этот разговор, то пусть услышит всю правду, как она есть. - Я зарабатывал свое влияние много-много лет, я заставлял людей прислушиваться ко мне и ценить мое мнение. Конечно, ты можешь еще раз расколоть купол малого дворца, чтобы продемонстрировать свою силу, но этого хватит ровно на пару недель, пока что-то более интересное не займет их умы,- негромко фыркаю, закатывая глаза. Демонстрация силы - один из очень действенных методов, но не для правителя государства. - Что касается меня, я всегда тебя слушаю и слышу, но это совершенно не значит, что я буду беспрекословно подчиняться тебе. Войну нельзя остановить, просто потому что тебе жалко твоих друзей. И да, раз уж мы заговорили о них, то извини, что я тебя не пускаю к ним, королеву к мятежникам, - не скрываю яда в голосе, сильнее сжимая челюсть. Меня раздражали ее привязанности, они сдерживали ее, не позволяли здраво оценивать всю картину. Но сильнее всего меня пугала мысль о том, что она действительно может снова уйти к этим никчемным отказникам, оставив меня одного, что мне придется сражаться с ней. Смог бы я убить ее? - Ты ошибаешься, если думаешь, что мальчишка Ланцов не использует тебя, чтобы заполучить трон, он любит эту страну еще сильнее, чем я, и за всей его бравадой корсара скрывается безжалостный человек, который будет готов использовать что угодно, - Алина была моей главной слабостью. Это остается невысказанным, но читающимся между строк. Я опускаю глаза в пол и покачиваю головой. У меня не было сомнений, что Николай использует ее, будь у него такая возможность, скрыв истинные намерения за ослепительной улыбкой и парой остроумных высказываний. И я не мог этого допустить, не мог снова ставить ее в такое опасное положение. Я не мог ее снова потерять, и мысль эта неимоверно выводила меня из себя, потому как по своей глупости я позволил себе привязаться к хрупкой святой, единственной заклинательнице солнца, единственному равному мне существу.

- Чего ты хочешь от меня, Алина? - спустя несколько молчаливых мгновений спрашиваю я, вновь поднимая на нее взгляд и поджимая слегка губы. Мне искренне было не понятно, каких действий она от меня ждала.

+1


Вы здесь » KINGSCROSS » Внутрифандом » insanity is all around us