Что объединяет каждый фандом, каждый мир, вне зависимости от того, где он находится? В мире может не быть человеческой расы, может не быть домов, слов и много чего другого. Но всегда будут д о р о г и, пути, по которому следуют герои в исполнение своего сюжета. Или ему наперекор. Мы не будем говорить, что мы ваш дом, ведь дом — это конечная точка пути, где можно осесть и покрыться мхом. Нет, мы хотим стать вашей дорогой, по которой вы пойдете навстречу приключениям, опасности и своей судьбе. Сейчас вы находитесь на вокзале, откуда отправляются поезда в самые разные уголки вселенной. Куда направитесь вы? Приобретите билет — мы не принимаем деньги, здесь совсем иная валюта — и в путь!
Kylo Diana Lorna Iris Daphne
Добро пожаловать на kingscross, 18+
правила фак занятые роли акции устройство мира чёрный список

KINGSCROSS

Объявление

Рейтинг форумов Forum-top.ru

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » KINGSCROSS » Внутрифандом » once upon in space


once upon in space

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

http://s5.uploads.ru/t/4JiFb.gif http://s7.uploads.ru/t/PRLOg.gif
- - - - - - - - - - - - -- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -

МЕСТО И ВРЕМЯ:
давным-давно, в далекой-далекой галактике;

УЧАСТНИКИ:
Loki Laufeyson, Peter Quill;

О П И С А Н И Е

- Что-то не в порядке.
- Мы жулики. Когда все в порядке, такие как мы в тюрьме сидят. ©

Отредактировано Loki Laufeyson (2018-05-16 21:19:35)

+2

2

Руки его еще долго ощущали живое тепло Гунгнира, его трепетание, упоенное и восторженное. Золотое копье, добытое однажды Локи для своего тогда еще отца, радовалось их воссоединению. В его руках оно жило, подчиняясь легко и охотно. Пожалуй, единственное во всем Асгарде.
Эта преданность долго еще сохраняла его рассудок, когда осколки сияющего Биврёста разлетелись калейдоскопом, вспороли, брызжущие магией, ткань мироздания. Когда со сверхсветовой скоростью проносились мимо низвергнутого аса миры и целые галактики, сливаясь в сплошное пестрое шелковое полотно. И долго еще позволяло не забыть себя, когда воцарилась Тьма…
Такие понятия, как стороны света, верх и низ, пространство и время, сама суть измерений перестали существовать. Только предвечный холод абсолютной пустоты, в которой не было места даже крупице света. И миражом, полустертым воспоминанием, безумием — трепещущее тепло на ладонях невидимых рук…
Он сходил с ума, потерявшись в этой черной дыре без конца и начала, в этой равнодушной и вечно голодной безде. Он смеялся и плакал, не зная, на самом ли деле слышит свой голос или все это лишь игра его подсознания, он кричал и проклинал, цепенея от того, что не слышит яростное эхо. Он перестал понимать, кто он, что он, почему он здесь и здесь ли… Пустота запустила в него свои когти, терзая душу и память, она хотела, чтобы Локи навсегда остался с ней, медленно теряя те песчинки света и тени, что составляли его существо, хотела, чтобы он слился с ней в бесконечной, всепоглощающей тьме.
И в полусонном, полумертвом разуме удобно устроилась, свернувшись змеиными кольцами, простая мысль: “Почему бы и нет?” Почему нет? Почему? Это было так просто и так легко, раствориться, стать частью этого бесконечно чуждого человеческому сознанию бытия, заполняющего любую заводь между мирами, проникающего в каждую щель в пронизывающем межпространство эфире… Из осколка прошлого стать величайшей силой, никогда не принимающей ничьей стороны и потому никогда не проигрывающей.
Но что-то мешало. Что-то заставляло цепляться за изодранные клочки своего существа, раз за разом взывать к приносящим только боль, злость, острую обиду воспоминаниям, вновь толкающим к забвению. Что-то заставляло раз за разом вписывать себя в этот замкнутый круг, принимая облик Мирового Змея, кусающего себя за хвост… Что-то заставляло еще барахтаться… Что-то…
Живое, трепещущее тепло на ладонях, на кончиках длинных и тонких пальцев. Мираж. Безумие. Разве у него есть руки? Одна только мысль об это смешна. Он бесконечен, он всесилен, он равнодушен…
Мысль… тепло на его ладонях… он… я…
Так тяжело продираться… сквозь… Пустоту…
Изумрудные глаза вспыхнули во тьме обманными болотными огнями. И вслед за тем — Большим Взрывом, атомной боеголовкой, праздничным фейерверком — квазары, галактики, созвездия и солнечные системы. Все обрело движение и форму, Локи ослеп от обрушившегося на него касада света и красок. Пронзал Вселенную сияющим болидом, осознавая, что убийственно-холодный сгусток Пустоты навсегда засел у него в сердце…

Удар отозвался в теле ослепляющей вспышкой, Локи протащило по какой-то арматуре и швырнуло на землю. Он кричал.
Он пронзившей тело боли, от ужаса, которого не мог до конца осознать, и просто потому что мог. Мог кричать и слышать свой истошный, нечеловеческий вопль.
Ветер подхватил его крик и швырнул обратно в лицо вместе с пригоршней песка и пыли, Локи поперхнулся, закашлялся, вдыхая тяжело, со всхлипами, как будто бы в первый раз жизни. Грудь горела огнем, тело мучительно вспоминало, что значит - быть живым.
Когда процесс дыхания перестал казаться пыткой, Локи перевернулся на живот и пополз, раздирая об острые камни и без того потрепанную одежду. Рассудок и разум постепенно возвращались, выталкивая из сознания проникшую даже до самых сокровенных уголков Тьму. Вместе с тем возвращалась и память тела.
Рука вместо очередного булыжника нащупала впереди прохладный металл, он подтянулся и привалился спиной к опоре, запрокидывая голову - прямо над ним нависал хищный нос космического корабля. Локи нервно облизал обветренные губы. Грудь щемило, как будто стиснувшая в кулаке сердце ледяная рука лишь сильнее сжала пальцы. Он дернулся на тихое шипение опустившегося трапа, вслед за которым раздалось ритмичное поскрипывание камешков под резиновой подошвой ботинок. Ас просительно вытянул в сторону незнакомца руку:
- Прошу, не нужно! Я не опасен… - он замолчал, с удивлением глядя, как на его собственной руке то проступают, то вновь исчезают синюшные пятна с линиями родовых узоров. Локи поднял на человека глаза: один - изумрудно-зеленый, словно камень в перстне у красавицы, второй - алый, как закат накануне кровопролитной сечи. - Помоги мне.
Во второй руке, под прикрытием бока, материализовался короткий кинжал - трюк “на помощь!”, который они, бывало, разыгрывали с братом, можно провернуть и в одиночку - богу было чем поприветствовать мародера, если тот решит воспользоваться его бедственным положением.
И не имеет значения то, что в этот раз Локи почти не пришлось притворяться.

Отредактировано Loki Laufeyson (2018-05-19 09:17:03)

+1

3

[indent]Планетка была так себе. Пыльно, грязно, не сервируют фастфуд. Да и заказчик, откровенно говоря, был с гусями, требуя от Питера не только исполнения заказа, но ещё и соответствующего обращения, одежды и даже времени посещений. Квиллу все это не очень нравились, точнее как: вообще не нравилось. Питер слишком привык к свободе и с большой ревностью к ней относился. Иногда даже в её защиту пулял по головам из бластеров.

[indent]Поездка выдалась знатная, и Милано обиженно требовал внимания к себе и сломанному креслу второго пилота и пробитому лобовому стеклу.
Атмосфера на планете Каа была для человека непригодная, поэтому Питер работал (да, будем называть это работой) на ней в шлеме, красными круглыми глазищами периодически до сердечного приступа пугая местных арлони, которые, кажется, только вот в открытом космосе не леветировали, а так встречались на каждой планете - эдакие межпланетные грызуны.
Автоматический наращиватель поверхности, который на корабле заменял отвертки и сварочные аппараты, последнее время барахлил, поэтому порция внимания от Питера в виде периодических ударов и ругани ему была обеспечена.
Когда с лобовым стеклом было покончено, Квилл, наконец, снял свой шлем и с удовольствием размял шею. На столе а куче хлама (как обычно) стоял красивый кристалл высотой с половину человеческого роста. Питеру потребовалось порядком постараться, потому как заказ был дорогой, в значит включал в себя всякие сложности. Конечно, Квилл был уже не тем мальчишкой, что в одиннадцать пролазил в любые щели, где взрослому не пробраться, но зато с лихвой компенсировал это ловкостью и силой. Кристалл этот рос в ущелье, куда при помощи своих аэроботинок Звёздный Лорд и спустился. Отодрав кристаллов побольше (и себе на всякий случай), Квилл вернулся на борт Милано, где и обнаружил, как большая неведомая инопланетная хрень бьётся башкой о лобовое стекло.
Иными словами, без приключений в хорошем и плохом смыслах у Питера никогда не обходилось.

[indent]Магнитофон допел до конца “Улётного миска. Часть 1” и, зашипев, выключился. Последней была песня Blue sky, которая оставила после себя триумфальное красивое звучание, звенящее нитью в образовавшейся тишине. Снаружи, за бортом Милано, завывал ветер, швыряя в фюзеляж камешки и песок. Мимо лобового стекла пронеслась какая-то мелкая животина, и Квилл счастливо подумал о том, что вовремя расправился как с заказом, так и с повреждением. Но встреча с Ханжой по поводу заказа была назначена только на завтра, а это значило, что у Квилла впереди был целый день, грозящий бездарностью.
Питер подошёл к магнитофону и с нежностью влюбленного вытащил кассету, меняя сторону. Немного подумав, проигрыватель затянул уже в тысячный раз первую песню на этой стороне: Pilot - Magic. Питер стал под нос себе подпевать, когда буря за бортом внезапно превратилась, а о бок корабля что-то ударилось.
Да твою ж мать, - всплеснул руками Питер, ни чью мать в точности не имея в виду, — если это опять ты, головозадый, я в этот раз тебя точно вскрою.
Питер схватил свой плащ Опустошителя (из красной несколько раз перешитой кожи, с кучей карманов, выточек и с форменным значком пылающего щита со стороны сердца), лёгким движением закрепил на бедре кнопку управления реактивными ботинками, вставил в держатели бластеры и коснулся кнопки за правым ухом. Шлем с круглыми красными глазами, так пугающий арлони, материализовался сам собой. И Питер открыл люк на боковой части Милано, спрыгивая на землю.

[indent]Признаться честно, мужик, прислонившийся к Милано, мало походил на ту головозадую хрень, которая хотела войти через лобовое стекло Милано и стать вторым пилотом Квилла. Притихший ветерок трепал причёску незнакомца, и Квилл искренне подивился, как ему эти патлы не мешают. Да и сам он был какой-то бледный, измученный, и в пафосных шмотках, как будто только что обнес Плаву Лагуну.
Эй, ты живой? - прозвучал чуть приглушенный шлемом голос Питера. И на счастье мужик зашевелился (хотя, с другой стороны, будь он жмуриком, Питеру бы пришлось куда проще). Но не только это удивляло Квилла: мужик дышал на неблагоприятной для человека планеты без костюма или шлема.
Незнакомец попросил помощи. Питер развернулся в сторону от корабля и увидел, что на горизонте маячит новая песчаная буря. Ну, по крайней мере, отсюда так казалось.
— Ладно, вставай давай, жертва стиля, - Питер подошёл ближе и протянул мужчине руку, хватая за локоть и поднимая наверх, — не очень люблю, когда всякие жмуры облокачиваются на мой корабль. Чтобы ты знал, это неэтично, - Питер позволил незнакомцу облокотиться на свое плечо и ещё раз с тревогой посмотрел на горизонт.
— Учти, решишь чудить на моем корабле, получишь меж глаз, - Питер старался выглядеть максимально деловым, даже опасным. Кто знает, что это за чувак со встроенным костюмом автоматической генерации кислорода.
Квилл нажал на приборной панели комбинацию и Милано гостепреимно разинул пасть.
— Поспеши-ка, патлатый, - пропихивая незнакомца вперёд, Питер быстро обернулся, чтобы закрыть дверь, и очень вовремя, потому как поток пыли и песка не заставил себя ждать, обрушившись на фюзеляж, напористый как наждачная бумага.
— Ладно, а теперь рассказывай кто ты и что тебе понадобилось на Каа, а то живо сделаю тебе пару дырок в брюхе, чтобы понять, какого хрена ты шаришься по планете без герметичного шлема.
~

0


Вы здесь » KINGSCROSS » Внутрифандом » once upon in space